— Ну хорошо, ты ничего не помнишь о том, что случилось, когда тебя избили, — пристально глядя мне в глаза, сказал Казанцев. — А поясни мне, как так получилось, что незадолго до этого на тебя и твоего товарища было совершено нападение, в результате которого твой товарищ Армен Оганесян получил проникающее ножевое ранение живота?

— Так я же уже давал по этому поводу пояснения в милиции — не моргнув глазом, ответил я. — Мы с Арменом гуляли по улице, и двое неизвестных мне мужчин попросили у нас деньги, а когда мы ответили, что у нас их нет, они напали на нас. В результате, противник Армена ранил его ножом, после чего оба нападавших убежали.

— Предположим, что так оно и было, — кивнул Казанцев. — Но вот вырисовывается какая-то странная цепь нападений, где ты раз за разом оказываешься в роли жертвы. Тебя это не наталкивает ни на какие мысли?

— Я думаю, что эти нападения никак не связаны между собой — совершенно уверенно отвечаю я чистую правду, которую всегда говорить легко и приятно. — Просто так совпало. Жизнь, она вообще такая штука, что в ней могут случаться разные, невероятные, на первый взгляд, совпадения.

— Да ты знаток жизни, как оказывается, — ехидно заметил Казанцев.

«Еще какой!» — Подумал про себя я. — «Ты бы просто офигел, приятель, знай сколько я в жизни всего повидал. Тебе и половины даже присниться не могло бы. Сидит тут, умничает, как будто все на свете знает.» Естественно, что ничего подобного я вслух не сказал, а просто застенчиво улыбнулся, изображая легкое смущение.

— Я это в книжках читал.

— Это хорошо, что ты любишь читать, — одобрительно кивнул Казанцев, и доверительно продолжил. — Я тут навел справки, ты положительно характеризуешься и в школе, которую ты вот только закончил, и спортом успешно занимаешься. В общем, ты не замечен ни в чем плохом, хотя попал уже пару тройку раз в разные неприятные истории. Меня настораживает то, что у тебя есть не очень понятные знакомые.

— О каких знакомых вы говорите? — Искренне удивился я.

— Например, о Марине Терентьевой, которая часто навещает тебя здесь в больнице, — Казанцев снова пристально уставился на меня, изучая мою реакцию на свои слова.

— Ну какая же Марина непонятная? — Еще больше удивился я. — Очень даже понятная и приятная девушка, она моя давняя знакомая, и можно сказать, что мы с ней дружим.

— Какая-то странная это дружба между вчерашним школьником и взрослой женщиной, которая в два раза старше тебя, — недоверчиво покачал головой Казанцев.

— А что здесь странного? — Я пожал плечами — Люди могут дружить независимо от возраста.