Пронзительный женский визг, который быстро поднялся до самой высокой ноты и почти сразу затих, заставил меня забыть обовсем и подлететь вверх, словно подброшенного мощной пружиной. Выглянув из-за валуна, первое, что увидел, это была черная тонированная «волга», стоявшая недалеко от берега горной речки. Рядом, на расстеленном пледе, билась распятая женская фигура, а сверху ее ритмично вдавливал в землю какой-то здоровый битюг в белой рубашке с коротким рукавом и спущенных до колен черных штанах. Его волосатая голая задница забавно ходила как поршень взад-вперед, а руки зажимали рот лежавшей под ним девушки. За ним похохатывая и почесывая яйца, стояли еще два здоровых придурка, одетые в дорогие импортные шмотки. Все их внимание было привлечено к разыгрывающейся перед ними сцене изнасилования. Они явно ждали своей очереди, возбуждаясь от стонов девушки, доносившихся из-под закрывающей ей рот руки битюга.

Меня никто из них пока не увидел. Быстро сажусь на корточки, стягиваю с тела майку и плотно повязываю её себе на голову, закрывая лицо, и оставляя открытыми только глаза. Потом, как выпущенное из пушки ядро, несусь по направлению к чешущим яйца придуркам. В последний момент, один из них, почувствовал что-то неладное, и повернулся ко мне.

Тут же, сходу, вбиваю свой правый кулак ему в лицо, опрокидывая его мощным ударом на задницу. Второй придурок еще не успел понять, что происходит, как ему в голову прилетела моя нога. Бинго! Он, как подрубленный, рухнул на землю, а я, крутнувшись на месте, как по футбольному мячу ударил по голове первого придурка, который так и сидел на заднице, закрывая руками окровавленную рожу. Наверное, я таки сломал ему нос первым ударом, а сейчас точно завершил начатое.

Придурок номер один, как набитый мукой мешок, неловко завалился на спину и так и остался без движения. Придурок номер два, тоже пока не шевелился. Битюг, который лежал на девушке, услышав неладное, откатился в сторону и непослушными руками пытался натянуть обратно спущенные штаны. Его лицо было перекошено от страха, и он явно ничего не понимал. Прыгаю к нему и пыром бью его ногой в пах. Раздался ужасающий вой. А нечего устраивать здесь групповушки, если дама не желает общения. Битюг, раненным зверем, катался по земле, зажав свои отбитые коки обеими руками. Надеюсь, я ему их отбил основательно, и он еще долго не сможет пихать свой отросток туда куда не стоит…

Основательно пнув его еще раз, но уже по рёбрам, я наконец посмотрел на жертву. Это была молодая стройная девушка, в разорванном на груди легком белом платье. Косметика на ее лице вся потекла от слез. Помада на губах грубо размазана пятерней битюга, а под левым глазом уже наливается багровым цветом большой синяк. Девушка, всхлипывая отчаянно пыталась прикрыть обнаженную грудь, и с ужасом смотрела на меня. А грудь — ничего, кстати, особенного. Крепкая «единичка», отмечаю автоматически.