Я так и прыснул от смеха на последних словах Рамазанова, представив себе волосатые мячики толстяка и то, что с ними стало после моего пенальти.

— Смешно? А вот мне — нет. Смотри, как будет трактовать это закон. Ты пришел туда намерено, зная, что там будут Толян и со товарищи. Ты заранее подготовил оружие нападения, просверлил дырки в дубинках, продел в образовавшиеся отверстия веревочные петли, чтобы не соскочили во время ударов. Умно. Сам придумал или научил кто?

Я молчал, безучастно смотря в пол.

— Ну и ладно! — Не дождавшись от меня ответа, продолжил Рамазанов — А потом ты, ни с того ни сего, как бешенный накинулся на ничего не подозревающих бедных мальчиков и девочек, которые наслаждаясь майским солнышком, просто мирно обедали на природе и никого не трогали. А ведь все они, в один голос как под копирку, так и будут петь там в отделе перед операми.

— Ага, — хмыкнул я, — чего-то не складывается ваша картина. Четверо невинных амбалов, детинушек с аршинными плечами и пудовыми кулаками, посреди рабочего дня, в злачном месте распивали крепкие спиртные напитки в компании двух местных шалав. Мимо шел ужасный дрыщ, школьник, аж шестнадцати лет отроду, и пятидесяти килограмм весом вдруг внезапно и беспричинно решивший их бедных всех разом обидеть. А они же совсем не хотели с ним драться. Они ему кричали: «уйди отсюда противный», «так не надо делать», и «не бей нас, о страшный школьник». И так не хотели, что от страха, ну совершенно случайно, исполосовали его розочками.

— Не складывается, — согласился со мной инспектор, — но и ведь в твоем очень интересном, и даже местами забавном рассказе не все складывается. Что в данное время, делал этот школьник в означенном злачном месте, вместо того чтобы как ему и полагается в будний день, сидеть на занятиях в школе? Зачем этот школьник взял с собой специально подготовленное оружие? А ведь такие вопросы прямо так и просятся на язык.

Я посмотрел ему прямо в глаза и спросил.

— Руслан Харитонович, а можно поговорить с вами откровенно, не для протокола?

— Валяй! — Разрешил он.

— Вы же сами хорошо знаете, кто такие Толян, Шило, Ржавый и Тюфяк

— Знаю. — Кивнул Рамазанов. — А что это меняет? У них такие же права, как и у всех остальных граждан Советского Союза. И закон для всех один.

— Так вот, они на ровном месте и без каких-то оснований требовали у меня деньги, просто потому, что считали, будто я не смогу ничего им противопоставить, а им можно будет сделать со мной все, что им заблагорассудится. Фантазия у них обширная, и времени на гадости много, так как нигде не учатся и нигде не работают.