— Чего ты там прогавкал пёс шелудивый? Иди-ка сюда поближе, а то я не расслышал. Иди, иди. Не бойся. Я тебя сразу бить не буду.

— А ты, Толик, сам ко мне подойди, небось ноги не отсохнут. — Не двинулся с места я.

Толик, даже открыл рот от моей наглости, потом быстро опомнился и толкнул сидящего рядом Ржавого в плечо.

— А ну-ка притащи ко мне этого козла Ржавый, прямо за шкирман хватай его, и волоки сюда.

Ржавый лениво встал с места, обошёл сидящую на ящике боком девчонку начёсом на голове, и вразвалочку отправился ко мне.

— Ну ты, фуцель гнойный, бык тряпичный, конь педальный… — заводя себя начал он, но закончить так и не успел.

Газетный свёрток, с завёрнутыми внутри ножками от стула, звонко врезался ему в черепушку. Раздался громкий совместный треск от соприкосновения свёртка с его головой и от удара ножек внутри свёртка между собой. Потом ещё и ещё. Удары шли прямо как на тренировке, гулко и чётко ложась в цель. Ржавый, закатив глаза, неловко завалился на усыпанную мусором и старыми окурками землю, а я быстро разорвал бумагу и ловко продел кисти в верёвочные петли дубинок. К этому моменту, рычащий от бешенства Толик, опрокинув ящик с пивом и продуктами, уже неотвратимо, подобно груженному самосвалу, летел на меня. Он был килограмм на двадцать тяжелее и неизмеримо сильнее меня. Если бы я, остался стоять на месте, он бы просто снёс мою тощую тушку, и никакие дубинки не помогли бы мне. Но я ушёл с линии атаки, и вдогонку обрушил на него град ударов палками с обеих рук. Треск от ударов по голове, по рукам по коленям, и по корпусу слился в единую мелодию разрушения. Я начал выплясывать вокруг него, продолжая бить и бить. Не знаю, сколько точно раз я его ударил, но Толян, вскоре упал, воя от боли и закрывая голову руками. Я так же услышал истошные вопли удирающих куда-то в сторону шалав:

— Помогите!! Убивают!! Милиция!!

Тут раздался звон бьющейся бутылки, и почти сразу, почувствовал резкую обжигающую боль в плече. Шило, улучив момент, подкрался и полоснул меня сбоку получившейся из бутылки водки розочкой. Теперь, он шустро размахивал ею передо мной, выписывая замысловатые восьмерки и пугая, что вот-вот кинется вперед. Я сосредоточил все своё внимание на этом тощем засранце. В этот момент, в другой бок мне влетел ящик, который кинул в меня толстяк, и меня откинуло в сторону, прямо под косой удар розочкой. На моём предплечье, сквозь прорезанную острым стеклом мастерку, проступила кровь. Шило довольно ухмыльнулся, и собираясь полоснуть меня ещё, отвёл руку чуть назад для нового удара. Я тут же хлестнул по ней с правой руки палкой, выбивая розочку, а левой дубинкой мощно засадил ему по голове. Потом сразу же ушёл в бок, чтобы держать в поле зрения толстяка, который подняв с земли второй ящик, размахивал им как пропеллером, пытаясь повторить свой успех. Я, сместился еще в бок, и отгородился лежащим на земле Толиком от толстяка и от Шила, по пути крепко приложив Толику ногой пыром по голове, чтобы тот не вздумал подняться и пополнить ряды моих противников.