В снежных глазах Луноликого бушуют метели, и зверь, дремавший до этого мгновения, рвётся наружу.
«Я найду тебя…» Эти слова, как заговор, змеились в голове юноши. "Глупый, - предостерегала богиня, - человеческое дитя и мизинца твоего не стоит. Ты бог! Но не слушает Луноликий, смотрит на скрюченное тело Нейели и понимает, девушке уже не помочь.
Богиня отпустила сына. В одно мгновение Луноликий оказался рядом с девушкой. Только в образе зверя, снежного барса. "Раз так любишь род человеческий, оставайся зверем в мире людей. Пусть покажут и люди тебе свою любовь. Найдёшь хоть одного такого человека, вернёшься в лунный дом", - изрекла богиня. Зверь накрыл собой тело Нейели, согревая горячим дыханием. Да только рассыпалась заледеневшая фигурка на снежные осколки, и увлёк их сумасшедший ветер в небесные выси.
– И что Луноликий? – неизменно спрашивала Мун.
Луноликий исчез. Но прежде раздался нечеловеческий вопль, содрогнулись Северные горы и сбросили с себя тонны снега. Он сполз лавиной, которая навсегда погребла под собой и тропу к божественному свету, и две души, связанные самой крепкой на свете нитью – нитью любви.
В том месте, говорят, растут эдельвейсы. Сколько смельчаков сгинуло в тех краях! За цветками эдельвейса много охотников было, назад ни один не вернулся. Лавины иногда сходят, выносят с собой хрусталь горный. Только не хрусталь это…
На этих словах бабушка замолкала. Мун ждала, пока бабушка продолжит. Девушка знает окончание легенды, но всё равно не дышит, боясь нарушить волшебство момента. И бабушка продолжает.
Это слёзы богини-матери. Каждую холодную луну открываются двери небесного дома. Богиня выходит в мир людей, спускается в Северные горы. Подолгу бродит по горным плато, ищет, зовёт сына и роняет божьи слёзы. Слёзы богини застывают хрусталём, в котором отражается свет богини Мизе, указывая путь заблудшим странникам.
Снежный барс, ирбис, хозяин Северных гор, забыл божественную сущность, но в легендах остался принцем Севера. Веками бродит зверь по снежным тропам, и никто не знает, истинного срока заточения бога в звериную шкуру.
– Расскажи о принце, бабушка, – просила Мун.
– Расскажу, не сегодня.
И рассказывает.
Мун стоит у окна и смотрит, как бушует метель. Кажется, что снова слышится шёпот. Ещё чуть-чуть и она различит слова...
Наташа, болтая ногами, засунула в рот остаток профитрольки.
– Таточка, сиди спокойно, – сказала мама.
– Я фсё, – с трудом выговорила Наташа.
– Не разговаривай с набитым ртом, иди, погуляй, – мама улыбнулась, но тут же посерьезнела и добавила, – от дома не уходи.