С дипломатической миссией в магическую деревню поехал я один, потому как Ираида зависла по делам в Златограде, дипломатия, все дела. А Фома, стоило мне заикнуться, чтобы он составил компанию, тут же сделал финт ушами и стал невидимкой. Вот же хитрожопый алкаш! Так что единственным моим неизменным спутником стал конь Улыбка, который, к слову, особого энтузиазма по поводу въезда в Бурсу не выказывал. Прям реально упирался, зараза!

Я пытался его подтолкнуть, тянул за повод, понукал, но он каждый раз взбрыкивал и ржал, как потерпевший. Скинуть меня силёнок у коняги не хватало, конечно, но намекал он на данную превентивную меру весьма прозрачно. К счастью, мой расхрабрившийся не к месту рысак оказался слишком ленив, чтобы довести дело до конца, поэтому просто упёрся всеми четырьмя копытами в пыльную землю и встал как вкопанный. Ну ни шагу дальше, и всё тут. Упрямый мул

— Ладно, хрен с тобой, твоя взяла, — проворчал я, спешиваясь. Воздух тут поражал своей сухостью, пахло пылью и чем-то странным, неуловимо… озоновым? От магии, что ли? — А я-то собирался попросить, чтобы тебя в их конюшнях хорошенько накормили и вычистили до блеска. Сам виноват!

Скакун мотнул башкой, мол, не верю в твои сказки. Я махнул на него рукой, привязал к ближайшему чахлому деревцу, пусть тут пасётся, философ, и потопал в деревню пешком. Сапоги сразу утонули в пыли.

Пока я шёл по пустынным, реально будто вымершим улицам, заметил, что верхушки нескольких башен начали зловеще светиться красным, как будто сигнализация сработала на моё присутствие.

Да-а-а, весело тут у них.

Из окна одной из башен высунулся какой-то старик с седой бородой.

— Стой, где стоишь, парень! — предостерёг он скрипучим голосом. — А то мои «детки» тебя на месте в пыль сотрут!

Ага, значит, конь мой не зря копытил, не дурак оказался, хоть и животное. Не стоило мне вот так, сломя голову, переться сразу на центральную площадь.

— Я с миром, — крикнул ему в ответ, поднимая руки. — Избранник из Весёлого.

— Мир — это хорошо, конечно, но мы пока не научили эти штуковины отличать своих от чужих, — прошамкал старик. — Ты там потопчись снаружи пока, я Серхана позову.

Он убрал голову обратно в окно, а я на всякий случай отступил на пару шагов. Красное свечение на башнях медленно пошло на убыль. Безопасность превыше всего, как говорится.

Через пару минут из той же башни вышел высокий мужчина, судя по внешности, явно турецких кровей, одетый в длинный синий халат, расшитый звёздами, и такой же высокий остроконечный колпак. Прям звездочёт из сказки.

— Знаки и символы не соврали! — воскликнул он, подходя ко мне и с энтузиазмом кланяясь. Пыль взметнулась из-под его остроносых туфель. — Звёзды ещё вечером предсказали приход человека с великим караваном тяжёло нагруженных повозок, чтобы продать то, в чём я так нуждаюсь!