Вернувшись к себе в Весёлое, первым делом рванул трясти нашего штатного колдуна, Фому. Спросил, мол, что за фрукт такой этот «равнос», с чем его едят?

Фома, почесав репу и пару раз икнув после вчерашнего, пояснил:

— Равносы — твари редкие, но дюже могучие, особенно когда дело касается нежити. Щёлкнет пальцами этот барон, и вот тебе армия скелетов нарисовалась, готовая рвать и метать по одному его приказу. Говорят, обычно деревни таких типов под корень изводят, как только обнаружат, ну, или равносы деревни, тут уж кому повезёт. Потому как эти… зацикленности часто доводят их до всяких жутких преступлений. От такого соседства, короче, могут случиться крепкие проблемы.

— Какие, например?

Фома, напустив на себя важный вид, как будто он тут главный стратег, ответил:

— А такие же, что делали другие великие и мудрые лидеры прошлого и настоящего.

— Давай поконкретнее.

— Собрать войско, поднять знамя Охотника на Монстров и марш-броском на замок барона.

— Что ещё за знамя нахрен?

— Ну, знамя такое универсальное, все деревни договорились его уважать. Типа такой отряд, который везде накормят, даже враги помогут, потому что монстр в регионе — это, видишь ли, общая головная боль, угроза для всех. Логистика, конечно, интересная, почти как гуманитарный конвой пропускать.

— Скорее чумной, потому что этот гомункул, то есть равнос, он же может сильно смелых крестьян и на фарш пустить, а потом отомстить всем «помогаторам». Ну, как в драке: не только ты можешь дать по морде, но и тебе.

— А мне-то за что? — искренне не понял Фома.

Только вот слова его меня как-то по душе скребанули.

Ну сидит себе спокойненько вурдалак в глуши, от мира спрятался. Мог ведь нас прихлопнуть там, в замке, как мух, силищи-то у него, похоже, вагон. А он наоборот, отпустил живыми. Что-то мне подсказывало, что не жаждет он никому зла причинять. Скорее уж сам прекрасно понимает опасность своей мании, потому и забился в крепость подальше от людей и дорог. Прямо как какой-нибудь олигарх на Рублёвке за пятиметровым забором.

Хотя если подумать трезво, по-деловому, прикончить барона — и проблема с железом решена раз и навсегда. А потом захватить замок, объявить своей собственностью, получить контроль над рудой, и пошло-поехало. Цинично, но действенно.

И все вокруг только обрадуются, ещё и благодарить начнут: мол, молодец Морозов, одним монстром меньше стало. Мировая общественность одобрит, позитивный социальный эффект.

Но что-то внутри меня протестовало, какая-то гнильца в этом чувствовалась. Сорос ведь наверняка понимал, что его тайна раскроется, раз он нас отпустил, но вместо того, чтобы замести следы, просто дал нам уйти. Будь его мания связана с убийствами или кровопийством, он бы наверное, хрен сдержался, но сейчас ему нужно только железо, потому-то нас и не тронул.