Мертвецы с раздробленными топорами головами? Забудьте. Это просто элемент пейзажа, в котором нет ничего страшного. Вот эта картина для Элайны оказалась намного страшнее. Бледная, сжимая поводья, она сидела прямо в седле, глядя на происходящее. Вот принесли ещё тела, выложили их рядом с другими. К ним тотчас устремилось несколько женщин и старик.

Элайна соскочила с коня и сделала несколько шагов вперёд. Замерла. Один из гвардейцев удержал её за руку.

— Не стоит, ваша светлость.

— Стоит, — буркнула она. — Если я солдат посылаю на смерть, то это точно стоит смотреть. Вот она, цена решений. Даже если они будут идеальными и самыми верными, цена всё равно будет заплачена…

Некоторое время стояли молча. На них не обращали внимания, разве что солдаты посматривали. Видно, что узнали, но когда кто-то из командиров хотел подъехать, то один из гвардейцев отправился навстречу и, видимо, попросил не обращать на них внимания.

Элайна, не приближаясь, медленно прошлась по краю площади, внимательно рассматривая открывшуюся картину. Потом так же медленно вернулась. Отошла в сторону и прислонилась к забору вокруг дома. Постояла. Глянула на стену. Вспомнила, что хотела ещё поговорить с офицерами, но поняла, что сил не хватит. Свалится.

— Возвращаемся, — буркнула она.

К ней подвели коня… Возвращались молча. Девочка была целиком погружена в свои мысли, не обращая ни на что внимания. Уже у себя в комнате Элайна молча отстегнула накидку, скинула её на стул и слегка ослабила завязки на бригантине. Подскочила Мари и помогла стянуть доспехи. Девочка облегчённо вздохнула, потом села в кресло, откинулась на спинку и закрыла глаза.

— Как же я устала, Мари, — прошептала она.

— Зачем же вы так себя изводите, леди… Ой, а откуда у вас такая красивая накидка? Какая прелесть!

— Девушки подарили… За то, что им дело нашла с флагом.

— О… Понятно… Красиво. Я повешу в шкафчик, чтоб не помялось.

— Ага, — согласилась Элайна, не открывая глаз. И сама не заметила, как уснула. Вроде не сильно физически вымоталась, но вот морально… Посещение места боя произвело на девочку очень сильное впечатление. И она поняла, почему о таком в книгах не пишут. Это невозможно описать. Просто невозможно. Как передать запах крови от десятков тел, плач женщин, детей? Как передать повисшее в воздухе отчаяние пополам с надеждой? А вдруг тут нет тела мужа, брата, сваха… Вдруг просто ранен и скоро вернётся? Всё это ощущалось в воздухе почти физически. Потому, кстати, так и не решилась подойти ближе. Чувствовала, что там лишняя.

Проснулась девочка у себя в кровати, освобождённая от верхней одежды и переодетая в ночнушку. Высунула нос из-под одеяла и выглянула в окно. Светать начало, но только-только. Где-то примерно пять утра. Это же сколько она спала? Судя по всему, выходило, часов десять… М-да… Никакая физическая активность не выматывала её так, как вчерашний поход по местам боёв. Причём, как говорят сами солдаты, это был не бой, так, разминка. Проверка сил. Что же будет, когда начнутся настоящие бои? Думать об этом не хотелось.