— Тепло ли вам, Марина Евгеньевна? — спросил я поддельную заложницу.

Девушка уставилась на меня как овца на новые ворота. Я понял, что придется пояснить шутку.

— Греет ли вас батарея, к которой вы прикованы наручниками?

Ответом мне было все то же недоуменное молчание. Я не торопился прерывать паузу. Наконец один из «похитителей» преодолел приступ паралича. Недоросль, открывший нам дверь, решил, что находится стратегически близко к выходу и рванул на свободу, что было мочи. Ну то есть собирался рвануть, но я, услышав шевеление за спиной, не глядя поймал его за шкирку и швырнул на пол под ноги сподвижников.

— Все это недоразумение! — вышла из ступора Марина.

— Недоразумение это обойдется злоумышленникам в срок до десяти лет. И только потому, что все закончилось благополучно, без жертв, — открыл глаза террористам капитан Вронский.

Киднепперы побледнели.

— Меня никто не похищал, я просто встретилась с друзьями… — залепетала Селиверстова.

— Это очень грустно! — вздохнул я. — Стокгольмский синдром — серьезное психиатрическое заболевание! Но не волнуйтесь, Марина Евгеньевна, в лечебнице вам помогут! Наши доктора — лучшие в мире!

В этот момент я вспомнил про бедную Соню, Мне сразу захотелось сделать кому-нибудь больно. Я зарычал, как мне показалось, беззвучно, но молодежь в гостиной резко побледнела.

— Капитан Вронский, полиция Нарышкина, — помахал перед носами заговорщиков удостоверением Сашка. — Всем предъявить документы.

— Вы не можете нас… — срывающимся голосом запищал один из недорослей. — Мы — аристократы!

Пришлось доставать корочку уже мне.

— Специальный агент Службы Аристократической Безопасности Васнецов. Никто отсюда не уйдет, пока мы не выясним личности всех присутствующих. Хотя мы можем продолжить выяснение в специально оборудованном помещении.

Молодежь для вида немного поерепенилась, но даже бить их не пришлось, пара намеков от Сашки, что делают с киднепперами, а также милая улыбка от меня лично, и процесс пошел.

— Я же им говорила, чтобы они не обращались в полицию, — прошипела «потерпевшая».

— И ты ожидала, что они послушают? — иронично спросил я. — Тихо положат деньги в красивый чемоданчик и будут ждать милости от судьбы? Да что у тебя в голове, девочка?

— Вероятность, что похитители убьют заложницу после получения денег близка к ста процентам, — пояснил Вронский. — Никто в здравом уме не отпустит ситуацию на волю случая.

К этому моменту мы закончили собирать данные о фальшивых преступниках, можно было и открыть карты.

— На самом деле в полицию они не заявляли, — сообщил я похищенной радостную весть. — На ваше счастье, мы здесь в частном порядке по просьбе твоих родителей. Сейчас мы доставим тебя любящему папашке, надеюсь, у него наготове любимый ремень. Остальные — брысь. Пока брысь. Поскольку вы все — аристократы, мы знаем, где вас искать.