Максим прошёл к балконной двери и открыл её. Повеяло холодом и свежестью. Сейчас особенно остро ощутилось, насколько затхлым был воздух в квартире. Балкон не был застеклён, а оставался в своей убогой первозданности. У парапета валялись розовые пушистые шлёпанцы. Максим подошёл ближе и глянул вниз. На несколько этажей ниже у нескольких балконов выдавались вперёд из общего ряда козырьки. Под балконом находилась клумба с сейчас голыми кустами сирени и торчащими сквозь снег сухими стеблями каких-то растений.

«Надо будет посмотреть поближе, но не похоже, чтобы на них что-то падало», — подумал Максим.

Картина случившегося рисовалась ясно и чётко. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы представить. Девушка наряжала ёлку, когда пришёл этот. Она даже не успела убрать коробку. Завязалась ссора. Марина выскочила на балкон. Успела один раз крикнуть. Это услышали соседи. И он выбросил её вниз. В этот миг тапочки слетели с ног. Если бы прыгнула сама, то упала бы прямо на клумбу. А вот если её с силой бросили, то пролетела дальше. Вот только где тело? Нет тела — нет дела…

— И что дальше? — он повернулся к Павлу.

— Что?

— Что вы сделали дальше? Смирнова выпрыгнула с балкона у вас на глазах, а вы? Побежали вниз? Вызвали скорую? Куда-то увезли тело?

— Нет, — Павел замотал головой. — Я ничего… Плохо помню. Кажется, просто ушёл. Был всё это время у друга.

— У какого?

— Не помню… Ничего не помню! Оставьте меня! Мне плохо!

Тело не найдено, и предъявить Павлу пока нечего. Взять сейчас — потом отмажется. Скажет, что не сознавал, о чём говорит. При его состоянии это и правда возможно. Нужно найти тело. Надо будет ещё раз уточнить по больницам и моргам.

— Ладно, гражданин Никишкин, пока вы свободны. Но попрошу не покидать город, а лучше и из квартиры далеко не уходить. Если что-то узнаете о Марине Смирновой — сообщите. Вот мой телефон.

Павел согласно тряс головой и не мог скрыть облегчения от того, что участковый уходит.

— Вы что же, так и оставите этого убийцу? — взволнованно спросила поджидавшая на лестничной площадке соседка.

— Мы пока не можем с уверенностью утверждать, что он убийца, — возразил Максим. — У вас есть мой телефон. Забейте его, чтобы не набирать. Звоните, если что-то узнаете.

И, не дожидаясь ответа, растерянной ошеломлённой женщины торопливо шагнул в лифт.

* * *

Пётр Николаевич вошёл в кабинет участкового с суровым нахмуренным видом. Врать он не любил, а сейчас придётся. Иначе никак. Знакомый лейтенант оторвался от бумаг и приветливо улыбнулся:

— Здравствуйте, Пётр Николаевич! Почему-то мне так и казалось, что мы ещё увидимся.