И тут завертелось!
Во-первых, пауком оказался не совсем паук, а самый настоящий варкрафтовский неруб, во-вторых, с падением «Маскировки » то, что раньше ощущалось средним С-рангом, резко вышло на «излучение» вполне толстого А-шки, что подтвердилось и подписью [ Неруб Ур. 65 ] [ Ранг: Элитный ] над его головой, а в-третьих, этих тварей было добрых пять десятков! Последующие события показали, что арахниды, в дополнение к « Маскировке» , спрятались в трещинах и складках породы на потолке, вполне целенаправленно готовя засаду на нас с Джин-Ву, для чего и пропустили авангард, безнаказанно вырезавший наземную пехоту свинолюдов. Размером они были метра в два с небольшим, это если от брюшка до головы, а ещё у них было восемь лапок — шесть двухметровых, на которых они передвигались, и ещё две поменьше, выполняющие роль рук. Тело изогнуто на манер кентавра, рот венчают огромные жвала, восемь глаз… и возможность плевать паутиной!
Упав сверху, эта толпа тяжёлых, покрытых прочным хитином туш просто раздавила добрую половину окружающих нас призрачных и теневых солдат, особенно сильно ударив по небронированным кастерам, тела которых своими ногами прошивали насквозь. И сразу же плюнули. Как в нас с Джин-Ву, так и в оставшихся наших защитников. От части зарядов удалось увернуться, один залп, принятый на клинок, превратил его в аналог палочки для сладкой ваты с такой же полезностью и удобностью в бою, вот только даже так уйти от встречи со всеми плевками у меня не удалось, потому как лично в меня плевало что-то около дюжины тварей со всех сторон разом. Паутина мгновенно охватывала конечности, липла к одежде, прикрепляла к полу, замедляла, а паукам только это и нужно было — следом за первым пошёл второй залп, окончательно превращая меня в кокон, залепляя глаза и рот. Это было мерзко, по-настоящему мерзко. Возможно, ещё это должно было быть страшно, ну там, темнота, удушье, невозможность пошевелиться (если сначала моей [ Силы ], тем более с баффом, хватало, чтобы рвать шёлковые нити, то спустя буквально несколько секунд это изменилось. Судя по злому мычанию, что я услышал неподалёку, у Джин-Ву были примерно те же самые проблемы), вот только испугаться я не успел. Включились рефлексы, инстинкты, привычка — и, едва поняв, что грубой силой тут ничего не сделать, я зажёг в руке пламя. И не только в руке. В критической ситуации учишься очень быстро, так что «Огненный щит» сам не заметил, как превратился в аналог костра, окружившего всё моё тело.
Паутина сопротивлялась — она тоже была напитана маной, даже правильнее будет сказать, что она была больше маной, чем материальной субстанцией, но это значило лишь то, что мне требовалось влить больше силы. И я влил, кажется, умудрившись сжечь себе брови и вновь получить ожоги, но мне было плевать.