Шаровые молнии друидочек были освоены быстро, хоть и с теми же побочными эффектами фантомного неудобства, после чего сменились теми самими «инстинктивными » изменениями заклинания, о которых говорила бывшая Охотница. И тут я вновь впал в состояние «ничего не понимаю» , так как девушка просто или « дорисовывала» в руну-ядро лишнюю чёрточку-закорючку, или не формировала какой-то кусок, а потом грубо корёжила работу чар, так сказать, прямым управлением, вроде того, как когда ты корректируешь направление полёта, и… и оно как-то работало. Причём самое поганое, что она не всегда стирала или дорисовывала одинаковую чёрточку-закорючку для одного и того же приёма. То есть если совсем одинаково его делать, стоя в одной позе, на одном месте и применяя в одном направлении — то да, всё идентично, но если ты крутишься, двигаешься и бьёшь в разных направлениях, по типу: в морду монстра или ему в ноги, то… то начиналась полнейшая самодеятельность. Причём мулаточка даже сама не осознавала, что конкретно в какой момент делает, это я видел, что она формирует чары по-разному, а с её точки зрения она всё делала одинаково.
Как у меня зачесались руки попробовать сделать то же самое на базе «Стрелы Тьмы» … Но остановил тот факт, что я понятия не имел, как, что и куда прилеплять в заклинании. В смысле, мысли были, но нельзя вот так вот сразу взять и начать экспериментировать с потенциально опасными материями! Хоть и очень хочется…
В общем, смочив и промокнув вскипевшие мозги бутылочкой воды с бутербродами, я приступил к самому сомнительному — попытке повторить целительные и усиливающие заклинания моих эльфиек через тёмную магию…
В качестве подопытного кролика был избран Зор, как самый толстокожий. И вообще, на огров Варкрафта любая сомнительная тёмномагическая хрень действует исключительно положительным образом — у них от этого вторая голова отрастает, и простой бугай с дубиной превращается в огра-мага. Словом, если кто и мог пережить мои эксперименты, то только огр! Правда, ему я этого не сказал — парень был слишком рад оказаться полезен. У меня язык не повернулся портить ему настроение объяснением реальных рисков.
Однако не успел я толком начать, только-только приступив к расспросам Лириэль с посильной помощью Крис, как случилось то, чего со мной ещё ни разу не случалось, но чего я постоянно опасался. В Подземелье, где я находился, вошли Охотники.
Первой ласточкой, что об этом сообщила, были эмоции ван Клифа, что донеслись до меня по нашей связи. Мужик вполне конкретно передавал что-то вроде «Шухер, братва! Легавые! », но так, как это может испытывать не паникующая шпана, а матёрый вор, который точно знает, что на него у «ментов» ничего нет, а от всех улик « на хате» он избавился.