Класс: А
Тип: Потребляемый
Мешок с очищенным ядом Расаки.
При употреблении внутрь увеличивает показатель
защиты от повреждений, но уменьшает показатель
Силы.
Можно использовать, хранить или продать.
Эффекты: наложение перманентных воздействий:
«Железная чешуя Расаки» — уменьшает
весь получаемый физический урон на 20%.
«Слабые мускулы» — уменьшает параметр Силы
на 35 единиц.
Воздействия считаются отравлением.
Цена в системном магазине: 20 000 ОВ
— Прикольно, — обозначил я своё отношение к стоимости мешочка с ядом. — А уровней ты сколько поднял с босса?
— Три, кажется, — пожал плечами парень с таким выражением лица, словно ему вообще было сейчас не до уровней, а он о чём-то другом усиленно думал. — Альберт… — подтверждая мои мысли, начал он таким тоном, каким обычно начинают «очень важный разговор» , — я думаю, это принадлежит тебе, — и ещё выразительнее протянул в мою сторону трофеи.
— С чего бы вдруг? — вскидываю бровь.
— Ну… — ему явно было неудобно вести такие разговоры, — мне хватит и меча, а это… — косой взгляд на кинжал и мешочек. — Если бы не твоя помощь и доспехи, я бы, скорее всего, умер ещё на первом монстре. Благодаря тебе я стал сильнее. Намного сильнее, чем обычный Е-класс! А это стоит намного больше, чем кинжал! — серые глаза Джин-Ву смотрели на меня искренне и твёрдо. Он без шуток верил в сказанное и реально был благодарен…
— Ты преувеличиваешь, — вздохнув, чуть улыбнулся я, после чего протянул руку и, положив её поверх пальцев парня, сжимающих рукоять, подвинул ту обратно к нему. — Это принадлежит тебе по праву. Поверь, я хорошо рассмотрел то, как ты дрался. Ты бы справился и без меня. Это было бы больнее, опаснее, сожрало бы гораздо больше нервов, но ты бы справился. У тебя есть стержень и умение вставать. Ты — человек, который несколько лет подряд ходил в Подземелья с голыми руками, прекрасно осознавая свою слабость. Так что всей моей заслуги здесь — лишь моральная поддержка. — К тому же, — с выражением дёрнув щекой, указываю взглядом на вычурное лезвие в его руках, — я люблю оружие побольше.
— Но… — по глазам вижу — он несогласен, но… — Хорошо, — сдержав рвущиеся с языка возражения, причём действительно сдержав, а не изображая это, на деле внутренне радуясь возможности оставить всё себе, опустил руки Охотник, — как скажешь, хённим.
— Так и будешь меня назвать? — вновь вскидываю бровь.
— А… ты против? — опа… На лице прям натуральный испуг, если не сказать ужас оттого, что я сейчас заявлю, будто никакой он мне не младший брат, а я ему не старший. К-хм… н-да. Парень же от чистого сердца, в знак уважения и всё такое.