— Ох, неужели мы даже без подушечек Вайтмейн и Лириэль будем? — я усмехнулся, прекрасно зная слабости моей боевитой лоли.
— (>‸>)… — Хуа-Хуа забавно надула щёчки, всем видом показывая осуждение. Но я лишь улыбался, не сдаваясь под этим нажимом, так что… — Ну-у-у… — надутость уступила место застенчивости. — Там разберёмся, а пока, — девушка покинула свой стул и уселась мне на колени, — можно начать с «на ручках» в мою старую квартирку.
— Как пожелает прекрасная леди, — в подтверждение своих слов я наклонился чуть ближе и захватил губы мисс Чень в поцелуе, на который она с готовностью принялась отвечать. Впрочем, продолжение лучше действительно оставить до дома, так что, оставив денег за ужин, я подхватил эту прелесть «на ручки» и действительно устремился к её бывшему дому.
Уже много позже, любуясь лицом мило сопящей в подушку девушки с распущенными и чуть растрёпанными волосами, я не мог отделаться от мысли, что как-то слишком быстро прошло время наших посиделок в этой маленькой квартирке и только наедине друг с другом, если не считать моих Призраков. Сейчас, конечно, жильё у нас и больше, и комфортнее, да и грешить против той удачи, что свела меня с Хэ-Ин, Джин-А и Этиль, — это конченое свинство, но всё-таки было что-то особенно тёплое и романтичное в том периоде жизни, когда я прятался от общества и встречался с одинокой, бедной, неудачливой Охотницей Е-ранга, на кухне которой искал банку из-под чая с надписью «соль ». Даже тот первый визит в «берлогу холостяка» , с « древними залежами» в раковине и штабелями пустых бутылок по углам, был по-своему очень душевным. И вот оно всё кончилось. Слишком быстро, как на мой взгляд.
Нет, чувства не ушли, и жизнь не стала хуже, но мы теперь совсем другие, особенно я, что вернул память и прогремел на весь мир. Теперь и по улице просто так не пройти, и… и ставшая привычной жизнь с зачисткой Подземелий рухнула. Пара Врат ещё кое-где осталась, но за эту неделю мы их добьём, а дальше всё — чем бы ни закончилась встреча с Монархами, мир уже не будет прежним, как не будет и наша повседневность.
И это было грустно.
По-детски грустно.
Я понимал, что всё в мире имеет своё начало и свой конец и что конец истории с Вратами и Гильдиями Охотников (по крайней мере, в нынешнем её виде) должен был наступить. Я чувствовал это даже в дуновениях магии, прокатывающихся по миру. Но… расставаться с привычным всегда трудно. Как и провожать то, что навсегда теряешь.
Прямо-таки тянуло включить и послушать песню советского композитора Александра Зацепина на стихи поэта Леонида Дербенёва «Куда уходит детство» — она почти идеально отражала моё нынешнее состояние, разве что тоски я испытывал не так много, как навевает её мотив. Однако Хуа-Хуа только уснула, и шуметь было последним, что я бы себе позволил в такой ситуации.