— А разве артефакты могут отличить, как ты ее использовала? — я стараюсь незаметно вздохнуть, соблюдая дистанцию.

— Нет, — ехидно говорит она, смотря на меня с вызовом.

Ладно, пусть повыделывается, если ей так спокойнее будет. Боги, побыстрее сдать ее Нармеру, никаких нервов не хватит с этой пуганной девицей.

— Ну, значит я уже боюсь. Пойдем.

Ответной реплики я не дожидаюсь и направляюсь к выходу. Удовлетворенно слышу торопливые шаги за спиной. Любопытство кошку сгубило? Смешно, да уж. Демидова нагоняет меня у лестницы и делает вид, что это она позволяет мне идти рядом.

К демонам, буду молчать. Редкие встречные бросают на нас странные взгляды. Вроде откровенного презрения в них нет, но холодом отдает так, что хочется поежится. Даша гордо выпрямляется, принимая совершенно равнодушный вид и не обращая внимания.

И я не сдерживаю обещания, данного себе же только что.

— Устроила бы парочке снобов пакость, они бы в следующий раз задумались так смотреть.

— Мальчишки, — фыркает она, на миг позволяя себе эмоции. — Все у вас просто.

— Ну а что сложного? Неужели тебя устраивает то, как к тебе относятся?

— Слушай, Белаторский, — она останавливается и одергивает меня за рукав. — Не лезь ко мне лучше. И в то, в чем не разбираешься. Чем больше я буду сопротивляться, тем хуже мне будет. Я уж знаю. Или ты решил благородно вступиться за меня и спасти?

Боги упаси! Я даже подвисаю на пару секунд от такой идеи. Своих проблем мне мало, еще спасать эту колючку. Демидова хмыкает и отворачивается. Я лишь качаю головой и до лаборатории мы идем молча.

Больше на взгляды встречных я не реагирую. Быстрее бы уже приехали друзья. Я соскучился даже по капризному Каритскому. С ними хоть не нужно отчаянно думать о своих словах. Да и смотреть на наследников великих родов так никто не будет.

Демидова оттаивает, сняв личину снежной королевны еще у прохода. В глазах снова разгорается интерес и девушка несколько раз проходит через стену, в результате даже улыбнувшись.

— Какая потрясающая вещица! — она с детским восторгом рассматривает статуэтку, присев около нее.

— Работа Покровских, — зачем-то хвастаюсь я, не удержавшись.

— Ммм, — уважительно мычит Даша. — Покровские — величайшие артефакторы.

Она с таким придыханием произносит фамилию, что чуть не обещаю ей познакомить с одним из таких величайших. Вовремя себя останавливаю. Никакого спасения изгоев больше. Но потом представляю себе парочку в виде здоровяка и этой дюймовочки и хрюкаю, давясь от смеха.

— Много ты знаешь! — тут же обижается девушка и бежит по лестнице вниз.