— Рассказывай, — сказала она сквозь открытую дверь своей спальни. — Мне всё равно.
— Вот! — Кайр хлопнул Данте по плечу. — Вот почему я её люблю. Гранитная леди. Ни ревности, ни истерик. Соня бы мне за такие рассказы вилку в бедро воткнула. А Элиана слушает и кивает.
— Ты меня не любишь, — ровно сказала Элиана, развешивая костюмы. — Ты меня ценишь как удобный элемент мебели. Это разные вещи.
За спиной повисла короткая пауза. Она не обернулась, но почувствовала, как они переглянулись.
— Грубо, — сказал наконец Кайр. — Обидно и грубо. Данте, запиши: жена сравнила себя с мебелью в первый же день.
— Записал, — сказал Данте. Но смотрел он на неё уже чуть внимательнее.
---
Так пошла жизнь.
Элиана часто работала из дома — переговоры по защищённым каналам, многочасовые сессии арбитража, лица министров и атташе на экране. Когда она выходила из своей спальни, лицо её было таким, каким оно должно было быть: гладким, как отполированный камень.
А мужья докладывали как прошёл их день.
Это стало ритуалом — за общим ужином или завтраком, в гостиной, которая теперь, когда их стало трое, была больше и шумнее.
— Жена! — Кайр вваливался после стоянки на Дельте, счастливый, как ребёнок из цирка. — Отлично выглядишь. Усталая, но отличная. Представляешь, Вайолет — помнишь, я рассказывал, танцовщица с Нео-Гаваны, — так вот, она вычудила такое…
— Кайр, — сказал Данте.
— …ничего неприличного, я культурно. Она устроила мне допрос. С пристрастием. Про тебя.
Элиана подняла серо-зелёные глаза от планшета.
— Про меня?
— Ну да. Я же женат теперь. Слухи летают быстрее нас. — Кайр откинулся на стуле, довольный собой и миром. — Я сказал правду: брак контрактный, жена — кремень, спим врозь. Она не поверила. Сказала: «Не бывает женщин, которые не ревнуют». Я сказал: «Бывает. Одна. Моя». Она сказала…
— Кайр, — повторил Данте, и в его голосе было что-то новое. — Может, хватит.
— Что? Ей всё равно. Элиана, тебе же всё равно?
Элиана смотрела на него две секунды — ровно столько, сколько нужно, чтобы пауза не выглядела паузой.
— Всё равно, — сказала она. — Продолжай. Что сказала Вайолет?
— Вайолет сказала, что так не бывает, и доказала мне, что я не прав: женщины ревнуют, — Кайр хохотнул. — Логика у неё своеобразная, но спорить было некогда.
— А после Вайолет, — подал голос Данте, глядя в свою тарелку, — он попытался зайти к Кэти, у которой на планете уже был другой, и получил по голове подносом. Вот тебе полный отчёт, жена. Можешь заносить в протокол.
— Занесла, — сказала Элиана. И — к собственному ужасу — почувствовала, как уголки губ дрогнули.