Он повернул голову в мою сторону.
Случайно. Просто потому, что мимо проехала карета, а он, видимо, из тех, кто всегда смотрит на любое движение. Его взгляд скользнул по площади, по кучерам, по торговцам, по мне. Остановился.
Брюнетка с веером проследила за его взглядом, вытянула шею и ткнула в меня веером, как указкой.
— Смотри, это она! — зашептала она подруге так громко, что услышали все. — Та, из списка. Из-за нее у меня волосы…
— Передумали расти, — машинально поправила я.
Тристан рассмеялся. Легко, необидно и очень снисходительно.
— О, знаменитость! Это ведь про вас пишут на доске? Эвер… Эверс… неважно. Что-то там с «Эвер».
— Это она сделала мне волосы блестящими на один вечер, а потом они… — начала брюнетка и оскорбленно засопела.
— Я знаю, знаю, — перебил Тристан и повернулся ко мне с сочувствием врача у постели безнадежного пациента. — Бедняжка. Магия, знаете ли, не для всех. Вам бы, барышня, что-нибудь поспокойнее. Вышивание, например. Оно хотя бы не вредит никому.
Девушки засмеялись. Рыжая в зеленом громче всех.
Я открыла рот. В голове в этот момент пронеслось тринадцать ответов, и восемь из них были неприличными.
Бэт наступила мне на ногу.
— Не здесь, — прошипела она. — Не при свидетелях. Бесплатно в его сторону даже дышать не стоит.
Фырк высунулся из капюшона, оглядел Тристана с ног до головы и фыркнул. Не пламенем. Дымом, густым серым облачком, которое сердито поползло в сторону фонтана. Это означало: «Мне этот человек не нравится».
— Странная девица, — добавил Тристан вполголоса, но так, чтобы услышали все. — Ну, не такая, как все.
И отвернулся. Продолжил разговор, как будто ничего не случилось, и три девушки тут же вернулись в орбиту его улыбки.
— Он даже не догадался, — прошептала Бэт.
— О чем? Что рядом с его фамилией стоит мое имя? — Я с трудом разжала кулаки. — Он ни разу не открыл договор, Бэт. Для него я неудачница из списка, у которой руки не оттуда растут и которой полезно скрыться в углу, подальше от его блеска.
— Звучит обидно.
— Звучит, как будто меня сосватали первому встречному ловеласу, потому что никакая другая семья на подобное не согласилась, — я устало выдохнула и потерла виски.
(Дэв)
Я люблю порядок. Это не черта характера, а мировоззрение.
Порядок означает, что красная папка лежит слева, синяя справа, а зеленая там, где ее не найдет никто посторонний, и это тоже входит в систему. Порядок означает, что чай в моей чашке остывает ровно до той температуры, которая нужна мне, а не до той, которая нужна чаю. Порядок означает, что к девяти утра на столе нет ничего, чего бы я не ожидал.