— И, все-таки, я твоей доброты не понимаю…

— Объясняю тебе по большому секрету — наши, из МВД, схлестнулись с ФСК, я под раздачу попал. Ну, там вопрос уже порешали и меня из-под следствия почти вывели, только мне в ближайшие несколько месяцев ничем таким заниматься нельзя. Теперь въехал? А точку вообще без внимания оставлять нельзя, пропадет, от рук отобьётся.

— Так это временно, что ли? — не смог скрыть своего разочарования исполняющий обязанности начальника.

— Никто сейчас сказать не может. — пожал плечами Максим: — Может быть временно, а может быть постоянно.

— И что, у тебя всего одна точка была? — с крестьянской хитрецой, прищурил глаза Игорь: — Вот, ни за что не поверю…

— Ты с одной сначала разберись, а потом об остальных точках поговорим. Записывай. — Максим продиктовал адрес точки и данные хозяина, после чего, решительно поднялся.

— Подожди пять минут, я сейчас. — Кролик выскочил из кабинета, видимо, побежал с кем-то советоваться, а Максим шагнул к столу и из любопытства выдвинул ящик, в котором, кроме старых ручек, скрепок и блокнота он обнаружил несколько орденских планок, одинакового, муарового красного цвета, хотя Указа о награждении (а Максим ревниво следил за этим вопросом) до сих пор не было. Парень поверил в себя и заранее закупился орденскими колодками на всю свою одежду.

— Ну все, я беру точку под себя, «благодарочка» тебе, спасибо…- Игорь ворвался в кабинет с блестящими глазами, видимо, за прошедшие пять минут, парень нашел единомышленников в нелегком деле «доить» ближних своих.

Максим выходил из своего бывшего кабинета криво усмехаясь. Эту точку, что он сосватал Кролику, он с командой пытался подмять под себя, но, сообразили вовремя включить «заднюю передачу». Мужик — мебельщик искренне не понимал, за что он должен кому-то платить, и при любом наезде звонил в «шестой» отдел. Намеки сотрудников «шестёрки» о том, что «мы тебе помогли, а ты какой-то жадный», он тоже не понял, и от него отстали. Задачей Максима сейчас было проинформировать куратора из ФСБ, чтобы «контора глубокого бурения» успела «встать на точку» и «принять» глупого Кролика и его команду, и есть надежда, что «ФСБшники», на какое-то время, отстанут от Максима.

Город. Сердце Города. Районный суд.

О том, что меня сегодня жаждут видеть в районном суде я узнал вчера вечером, посредством сообщения пейджера и указанием телефонного номера моих родителей. Мама, которой я перезвонил из домина правления, сообщила, что звонила неизвестная женщина и сказала, что меня ждут сегодня в суде в два часа ровно. Сначала я решил, что это шутка или провокация, но, подумав, решил, на всякий случай, сходить и вот стою я перед нужным мне кабинетом и хлопаю глазами, потому что на бумажке, криво приколотой к двери судебного присутствия, синим по белому, малоразборчиво написано, что через двадцать минут здесь будут разбирать мое заявление о восстановлении на службе и незаконности увольнения, и будет уже не предварительная беседа, а судебное заседание, к которому я был совершенно не готов. Возле кабинета судьи царит настоящий сумасшедший дом. Несмотря на обеденное время, за дверью бубнят что-то истцы и ответчики, девочка секретарь бегает туда-сюда с какими-то бумажками, а вокруг кабинета роятся граждане в огромном количестве, бросая друг на друга враждебные взгляды. Создавалось ощущение, что в город входили немецкие оккупанты, а судья пыталась сжечь последние бумаги.