— Так свинья или козёл? — уточнил Иван.

— Свинья и козёл. И ещё шлюхин сын и подлая тварь.

— Ма, ну!

— Что «ну»? Твой папаша променял меня на эту толстую корову! А теперь я угнала и угробила его тачку! Как ты думаешь, что будет, когда он нас найдёт?

— Убьёт нафиг, — уверенно сказал лохматый ребёнок.

Поди ж ты, какие шекспировские страсти.

— Так что, контры, возьмёте нас? Ладно, так и быть, трахайте тогда. Только по разу, не больше, я вам не шлюха толстая!

Тетка распахнула полы куртки, демонстрируя, что да, не толстая. Под курткой оборванный грязный топ и голый живот над широким ремнем. Без тряпки на голове она даже симпатичная. Если хорошенько помыть.

— Ну, ма!

— Что «ма»? Не убудет с меня.

— Я не знаю, где тут репер, — сказал Артём, — даже не могу понять, здесь ли он. Направление не определяется. Может, если переместиться подальше от прохода… А ты не можешь, ну… переоткрыть свой проход куда-то ещё?

— Нет, — покачал головой я, — теперь по нему только обратно.

— Так вы не можете свалить, что ли? — мигом ухватила суть женщина. — Тогда хрен вам. Друг друга тогда трахайте. Как раз успеете, пока Бадман за мной не притащится и не привяжет вас голыми к выхлопным трубам своего трака. Он это называет «опера». Проверит, что громче — его движок или ваши вопли. Обычно движок побеждает.

— Какой приятный тип, — прокомментировал Иван.

— Козёл он, а не тип. И свинья.

— Ну, ма!

— Что «ма»? Я знаю, что говорю.

Она уселась прямо на песок перед воротами и замолчала расстроенно. Пацанёнок присел на корточки рядом, опасно играя с револьвером.

— Тут есть какой-нибудь ещё гараж? — спросил я женщину.

— Не, — сказала она грустно, — я до этого еле дотянула. Думала, тут моцик будет, но его кто-то подрезал уже. Ближайший гараж в городе, до него сорок миль. Не дойдём пешком.

За воротами простиралась красноватая пустыня, песок с редкими вкраплениями скудной растительности. Солнце жарит, ветер несёт пыль. Сорок миль — это больше шестидесяти километров, если мили тут такие же. Тащиться пешком не вариант, у нас воды столько нет.

— А что с движком?

— Сдох, — махнула рукой она. Загремел, задымил, температура вверх, давление вниз… Хорошо гараж этот рядом был. Но моцик какая-то падла свела.

— Я гляну?

— Да хоть обглядись…

Я залез в багу, нашёл выключатель зажигания и кнопку стартера. Движок железно загрохотал, но подхватился. То двумя, то тремя котлами, лампа давления не гаснет, маслом горелым воняет, стучит, как молотком по кастрюле, дымом в трубу плюётся. Как доехала-то вообще?

— Поршневая, — диагностировал я.

— Я без понятия, — пожала плечами тётка.