— Чёрт.
— Прости.
— Я в тупике, — признался я. — Идеи кончились.
— Ничего, — неубедительно утешил меня он, — может, как-то всё образуется…
Ну да. До сих пор же всё так отлично образовывалось.
— Сергей, — с мягкой укоризной сказал Анатолий Евгеньевич, — ну зачем же вы ключ-то отдали?
Артём ушел, этот пришёл. Карусель общения у меня сегодня. Социальный марафон. Так, в бутылке что-то осталось? Молча набулькал полстакана, куратору не предложил. Он на службе, ему нельзя, наверное.
— А вам он зачем?
— А зачем может быть нужен ключ?
— Не, не ключ. Маяк.
— Имеется оперативная надобность, — ответил он уклончиво.
— Вот и у меня имелась. Оперативная. Моя недвижимость, кому хочу, тому ключ и даю.
— Единственный ключ? — прищурился Анатолий Евгеньевич.
Вот, сука, хитрый какой.
— С него копию в ларьке не снимешь, — тоже уклончиво ответил я.
Врать у меня не очень хорошо выходит, так что лучше так.
— Знаете, Сергей, — сказал он задушевно, — очень хотелось бы в ближайшее время получить отчёт о ваших приключениях. Откровенный отчёт. Раз уж мы защищаем тут ваши имущественные интересы…
— Верите, Анатолий Евгеньевич, как-то совершенно недосуг! — решил обнаглеть я. — Семейные проблемы.
— Семейные проблемы — это я понимаю. Дело молодое. Но всё же — не откладывайте. Не усугубляйте, так сказать, семейного прочим.
Ушёл. Эти с меня не слезут, надо что-то с ними решать. А как тут решишь, если энергии нет? Надо же, мне, пожалуй, не хватает Ольги. Если она заявится сюда с ключом, то все расклады немедля пойдут в жопу, это у неё запросто выходит. А мне может в процессе выпасть какой-нибудь шанс…
Допил, что там было в стакане, и понял, что хватит. Набрался. Ничего сегодня уже не надумаю.
Пошёл в каюту спать.
— Ну, да, пьяный. Так я и думала. Но хотя бы спишь один… Подвинься.
— Ты мне снишься?
Жена чувствительно пихнула меня в бок.
— А так?
— Ты! Ты тут! Но как? А дети?
— Тихо, тихо. Дети пока там. Криспи смогла вытащить только меня и ненадолго.
— Криспи?
— Ждёт тебя в кают-компании. Совсем запуталась девочка. Иди к ней. Хотя… нет, не иди. Подождёт. Я дольше ждала. Иди ко мне…
К Криспи я вышел… не знаю. Не скоро. Вот я в такие моменты ещё на часы не смотрел. Девушка сидела, сжавшись на уголке дивана и уставившись в пол. На столе остыл забытый чай. Мое отношение к ней отлично описывается расхожим штампом «всё сложно». Я помню, как на меня свалилась ответственность за беспомощное существо, и до сих пор отчасти воспринимаю её как приёмыша. Но куда свежее воспоминания о том, как она взяла в заложники мою семью ради своих политических амбиций. А ещё мы переспали, да. Пусть и не совсем по своей инициативе, но это вообще ни разу не оправдывает, по крайней мере, меня. И это всегда всё усложняет.