Финн стоял у грузовика, что-то обсуждая с двумя мужчинами. Я замерла лишь на мгновение. Он был повернут ко мне боком, и я успела рассмотреть только резкий профиль, линию плеч и темные волосы, чуть влажные от дождя.
Когда-то я знала каждое его движение. Теперь мне приходилось учиться смотреть на него заново.
Он повернул голову. Наши взгляды встретились.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе.
И все. Он спокойно вернулся к разговору с рабочими, а я пошла к дверям.
Почему-то именно это и оказалось самым сложным. Не его холодность. Не тяжелое молчание. А то, с какой естественной легкостью он умел вести себя так, словно между нами никогда ничего не было.
Я поставила сумку на стол, достала камеру и несколько минут крутила настройки, пытаясь унять дрожь в пальцах, пока в проеме не появился Томас.
— Элис, доброе утро.
— Доброе.
— Сегодня повезло. Западное крыло открыли чуть раньше.
— Да, я заметила.
— Тогда идем. Покажу, что можно отснять.
— Привет.
На другом конце провода несколько секунд стояла тяжелая тишина.
— Ты в Килморе?
Я закрыла глаза. Конечно. Мама всегда умела начинать с главного, будто эмоции были лишней, мешающей частью разговора.
— Да.
— И я узнаю об этом от миссис Галлахер, которая встретила тебя на площади, — в ее голосе не было злости, только глухая, осевшая на дно обида. — Чужие люди в курсе, что моя дочь вернулась в город, а я нет.
Я молчала, чувствуя, как внутри все сжимается.
— Надолго? — тише спросила она.
— Не знаю, мам. Пока идет проект.
— Ты остановилась в гостинице?
— Да.
Снова пауза. Было слышно, как она тяжело вздохнула. Я бессильно села на край кровати и уставилась на мокрое окно.
— У тебя есть дом, Элис, — ее голос слегка дрогнул. — Живой, теплый дом. А ты берешь номер в отеле. Мне звонят соседи и спрашивают, почему ты не приехала ко мне. Что я должна им отвечать?
Я сжала телефон крепче, подбирая защитные слова.
— Я приехала работать.
— Даже вечером?
— Мам, я только с работы, устала. Мне просто так удобнее.
— Ясно.
В этом ясно упрека не было. Наверное, именно поэтому оно прозвучало еще тяжелее.
— Я просто подумала, что дома тебе было бы лучше, — добавила она совсем тихо.
Я устало провела ладонью по волосам.
— Мне нормально в гостинице.
Она помолчала.
— Мне пора, мам, — тихо сказала я.
— Элис.
— Да?
— Не делай вид, что тебе все равно, если это не так.
Я прикусила губу и закрыла глаза:
— Спокойной ночи, мам.
— Спокойной ночи.
Я сбросила вызов и уронила телефон на матрас рядом с собой. Несколько секунд сидела неподвижно, слушая, как в ушах пульсирует тишина. Потом бессильно легла на кровать, натянула одеяло до самого подбородка и уставилась в серый потолок.