В субботу утром Альфия совершила ошибку. Она рассказала Дамире про кофе.Не добровольно, конечно. Добровольно Альфия собиралась унести подробности предыдущего вечера в могилу, предварительно удалив историю браузера и переписку с Зарой. Но к одиннадцати утра Дамира вернулась от отца, бросила рюкзак в прихожей, разулась и уже через полминуты появилась в дверях спальни.
Альфия сидела перед монитором и поправляла свет в очередном интерьере. За окном было пасмурно, из открытой форточки тянуло прохладой. На ней было старое худи, волосы собраны крабиком, лицо чистое.
Дамира прислонилась к косяку.
— Ну?
Альфия не обернулась.
— Привет.— Привет. Ну?— Что «ну»?— Мам.— Дамир.— Как прошло?
Альфия подвинула виртуальную лампу на несколько сантиметров.
— Что?— Свидание.— Это не было свиданием.— А.
Дочь замолчала.Слишком легко.
Альфия продолжила работать, чувствуя её взгляд на затылке.
— Что «а»?— Ничего.— Я тебя родила. Ты не умеешь делать «ничего» достаточно убедительно.— Просто, если всё было плохо, не буду спрашивать.
Альфия повернулась:— Не было плохо.
На лице дочери немедленно появилась улыбка.
— Ага!— Что «ага»?— Значит, было хорошо.— Я этого тоже не сказала.— Ты только что сказала.— Я сказала «не плохо».— Это примерно одно и то же.— Нет. Между «не плохо» и «хорошо» находится огромный спектр человеческого опыта.
Дамира прошла в комнату и села на край кровати.
— Он опоздал?— Нет.— Ты?— Нет.— Куда ходили?— Пили кофе.— Я знаю. Куда?— В кофейню.
Дамира посмотрела на мать.
— Тебя пытать невозможно.— Именно поэтому я пережила девяностые.— Ты родилась в девяностом.— И выжила.— Тебе было девять, когда они закончились.— Тяжёлые годы.
Дамира фыркнула.
— О чём говорили?— О музыке. Работе. Всяком.— Он нормальный?
Альфия снова посмотрела на монитор.Вот здесь ответить оказалось чуть сложнее.
— Вроде.— А не как… ну…— Кто?
Дамира пожала плечами.
— Не знаю. Я думала, он будет таким… звездой.
Альфия улыбнулась.
— Я тоже.— А он?
Перед глазами всплыл Тимур в серой толстовке, натянувший капюшон после её слов про полицию. Потом его лицо, когда она сказала, что слушала KOREN. Слишком искренняя, почти мальчишеская заинтересованность: «И? Тебе понравилось?»
— Он просто человек, – сказала Альфия.
Дамира некоторое время молчала.
— Это звучит так, будто он тебе понравился.— Господи.— Я просто сказала!— Ты десять минут проводишь перекрёстный допрос.— Потому что мне интересно.— Почему?
Дочь странно посмотрела на неё.
— Потому что ты моя мама.
Ответ был таким простым, что Альфия не сразу нашлась.
— И?— И у тебя сто лет никого не было.— Два года.— Для меня это одна восьмая жизни.— Не используй математику против меня.