— Одно движение — и сгоришь, как солома! — прошипела она, теряя свою красоту от искажающего пространство жара.

— Парень, убери от меня этого сумасшедшего ифрита! — просипел Трубецкой. Умён князь, догадался, кто перед ним.

— Азафа, выйди наружу и никого сюда не пускай! — приказал Никита.

— Позволено ли мне убивать врагов, Повелитель? — джинири мазнула взглядом по князю, ничего хорошего ему не предвещающим.

— Если они хотят умереть, можешь дать им этот шанс, — ухмыльнулся Никита.

— Поняла, Повелитель!

Джинири ловко запрыгнула на подоконник и сиганула вниз, превратившись в багрово-алый всполох, присоединившийся к нескольким таким же, освещающим крыши домов.

— Давай договоримся, парень! — зачастил Трубецкой, оставшись наедине с Никитой. — Не знаю, откуда у тебя настоящий ифрит, и как ты умудрился его приручить, но я предлагаю тебе послужить нашему делу. Время Меньшиковых кончилось, всё! В столице уже готовы присягнуть новому императору! С такой силой мы завтра же сможем прорвать оборону правительственных войск и помчимся на всех парах к Петербургу! Обещаю замолвить за тебя словечко перед государем.

— Да я и так доволен жизнью, — усмехнулся Никита, не убирая личину для большей интриги. — Сейчас доставлю вас, князь, к полковнику Болдыреву, а уж награду сумею себе вытребовать.

— Боже, какой же ты глупец, хоть и одарённый! Какой ранг держишь?

— Универсал, — пожал плечами волхв.

— Нет такого ранга! — Трубецкой попробовал пошевелиться, но Никита влил в сдерживающий конструкт побольше энергии. Пленник перестал дёргаться. Ведь руки были полностью опутаны сетью из корней, а пальцы и вовсе стянуты тонкими белесыми корешками.

Внизу раздался ужасающий рёв пламени, раздались крики, выстрелы. Всё сплелось в жуткую какофонию, от которой сходили с ума местные собаки. Гулко застучала автоматическая пушка, но где-то на окраине. И захлебнулась.

— Князь, вы сделали очень большую ошибку, доверившись слухам, — Никита подошёл к лежащему Романову, но и одного взгляда было достаточно, чтобы понять: молодой боярин мёртв. Ифриты не шутят, когда хватают за горло людей. Обернулся. — Или вы настолько преданны Романовым, что готовы погрузить Империю в хаос?

— Если бы не такие тупоголовые идиоты вроде тебя, то мы уже завтра были бы в Петербурге! — прорычал Трубецкой.

— Сомнительно, — покачал головой Никита, призывая к себе расшалившихся Дуарха и Ульмаха.

Когда они появились в серых воронках инфернальных порталов, князь простонал:

— Ещё и демоны! Ты же можешь спокойно взять в свои руки власть и передушить каждого, кто тебе будет перечить! Боже, ну какие же ослы живут на свете!