— А они вообще существуют? — водитель аккуратно притормозил перед освещённым крыльцом особняка.
— Если они и существуют, то мы об этом вряд ли когда-нибудь узнаем, — похлопав по плечу Бублика, Никита дождался, когда охранник распахнёт перед ним дверцу, и вылез из внедорожника. — А где Ильяс?
— Он в город уехал на свидание, — ухмыльнулся Слон.
— Это радует, — Никита улыбнулся и легко взбежал по лестнице наверх. И как только вошёл в парадное, ему навстречу с радостным криком бросилась Полина.
— Папа! Я смогла увидеть другую картинку!
Подхватив дочку на руки, прижал к себе, крепко целуя в бархатистую щёчку, и заговорщицки прошептал:
— Расскажешь?
— Там был большой и страшный взрыв, но все остались живы, — так же шёпотом ответила Полина. — Что это значит, папочка? Я изменила будущее?
— Все мы сейчас немного меняем наше будущее, милая, — улыбнулся Никита, испытывая облегчение. Маленькие шажки ведут к победе. Значит, он всё делает правильно. — Пошли, расскажешь мне о своих картинках. Интересно, что ты увидела.
Ливадия, конец мая 2017 года
Аржевский с интересом присматривался к своим невольным напарникам, с которыми вот уже вторую неделю делил кров и пищу. Небольшая дачка, снятая Свояком у какого-то спившегося писателя из богемной тусовки, стала для диверсантов приютом и оперативным штабом одновременно. Надо признать, место было выбрано удачно: на склоне заросшего вечнозелёными кустарниками и растениями холма. Три десятка презентабельного вида дачных домиков вытянулись вдоль проходящей выше дороги, откуда виднелись только нарядные черепичные крыши. Зато следить за побережьем с мансарды оказалось весьма просто. Эндрю чуть ли не целыми днями сидел возле окна с биноклем и что-то записывал в тетрадку. Майя нашла себе иное занятие: она каждое утро в лёгком сарафане и с сумкой, в которой находились пляжные принадлежности, уходила к морю. Нацепив чёрные очки, она говорила «бай, мальчики», и до обеда её не видели. Возможно, у девушки были иные задачи, кроме личных удовольствий вроде позагорать или искупаться, но возвращалась она всегда довольной, с золотистым загаром на плечах и ногах.
Свояк чуть ли не целыми днями пропадал в Ялте, благо до неё рукой подать. Он арендовал «Ладогу» и мотался на ней из одного города в другой. Станислав вдруг ощутил себя ненужной фигурой, болтающейся без дела. Не вытерпев бесцельного времяпровождения в маленьком уютном саду, он напросился со Свояком в Ялту, когда тот в очередной раз собрался туда по каким-то делам, причём, с таким загадочным лицом, что усидеть на месте полковник не смог.