– Этой деталью я горжусь больше всего.
И замолкает. Думает, я молить о правде будут.
– В таком случае, гордись в одиночестве. А меня мой парень ждет.
Огибаю ее и хватаюсь за ручку двери. Движения кажутся мне отточенными и правильными. Ровно такими, какими и должны быть у победителя.
Сама в восхищении. Нужно непременно рассказать обо всем Косте.
– Исаев, конечно, умный, но сомневаюсь, чтобы он отдал на анализ использованный презерватив, когда выглядело все так натурально. Да?
В спину летят ее слова, смазанные как маслом презрением. Но еще я чувствую желание задеть меня хоть в последний раз. Ей не хватает смелости и мужества просто скрыться уже в тумане.
Открываю дверь, решая закончить этот разговор. Мне и правда все равно, как та штука оказалась в квартире Исаева.
Пусть хоть Назарова притащила ее с собой.
– Я в фильме одном подсмотрела. Некоторые виды шампуня очень похожи на сперму. Хватает нескольких капель. Потом завязываешь узлом и кидаешь на ковер. А вы идиоты…
Недослушав, выбегаю из туалета и глазами ищу знакомую фигуру. Подушечки пальцев горят, как мне нужно прикоснуться к Косте.
Исаев стоит с телефоном в руках. По напряженному лбу и сведенным бровям понимаю, что разговор не из приятных.
Подхожу тихо и только слышу обрывки фраз:
– Стас, не вздумай!.. Ты понимаешь, что делаешь? – зло цедит.
Встреча с Назаровой уходит на второй план. Я быстро обвожу зал взглядом, подмечая, что Мажор с Сашкой так и не появились, хотя должны были.
Какой-то толчок изнутри, под грудью чувствую. Больно и неприятно.
– Тебя же живьем съедят!
И сердце гулко барабанит по ребрам как ливень. Уши закладывает, но только слышу голос Костика, который все еще предупреждает Аверина.
А Саша… Почему ни слова не говорит про Сашу?
– Я сейчас приеду. И… позвоню отцу.
Исаев сбрасывает звонок и напарывается на мой говорящий взгляд. Я беззвучно плачу от охватившего меня страха.
– Что случилось, Кость?
Исаев молча хватает меня за руку и, ни с кем не попрощавшись, мы выходим из ресторана. До машины практически бежим. Я в панике и абсолютном неведении. Что может быть хуже? А при взгляде на Костю так страшные мысли приходят, что зажмуриться хочется и исчезнуть.
– Случился пиздец, Ален, – ответил Костя, который почти не ругается.
Три года спустя…
Алена.
Скручиваю ватманы с готовым проектом в тубус и иду к машине. Солнце сегодня печет, хотя на календаре только апрель.
Подъезжая к кафе, уже замечаю рыжую макушку Сашки. Она успела припарковаться и сейчас идет к входу.
Быстро ставлю машину на сигнализацию и догоняю Шурку.
В нашем любимом кафе полно людей, еле удается протиснуться к свободному столику.