Андре сделал небольшой глоток кофе и поставил чашку точно на середину блюдца.
— Что вы имели в виду, когда сказали, что не будете сотрудничать со мной в рамках плана? Нам требуется это обсудить на старте.
— Мне не нужна нянька, нужна лишь задача, как я её выполню — неважно. Сотрудничество не будет иметь смысла, если кто-то вроде вас будет стоять над душой и оценивать каждый мой шаг. Какие у вас вообще проблемы на данном этапе?
Впервые за всё время разговора Дорадо замялся.
Не сильно. Всего на пару секунд задержал взгляд на мне, затем снял очки, протёр их платком и снова надел. Похоже, решал, насколько много мне можно рассказать. Видимо, решил, что раз уж пришёл просить доступ к Виде, изображать перед её владельцем идеальное положение дел несколько глупо.
— Сложная программа, — честно признался он. — В рамках Валентии не всем понятна выгода открытой торговли. Низкая узнаваемость, мы ограничены в секторе массовой информации.
Я едва заметно усмехнулся.
Низкая узнаваемость решалась деньгами и временем. А вот первое было действительно проблемой. Себастьян пытался продать населению довольно сложную экономическую конструкцию. «Откроем страну, усилим конкуренцию, получим доступ к технологиям, международному капиталу и новым рынкам» прекрасно звучало за столом перед людьми, понимающими экономику. Попробуй объяснить это человеку, который двадцать лет работает на одном заводе и первым делом спросит, не закроется ли его предприятие после появления иностранных конкурентов.
— А как же семья? Зависимость от спонсоров? Слабые места программы? Сейчас можно сказать, что вас купили. А также, что открытые границы убьют местный бизнес. Надеюсь, контраргументы есть?
— Есть, — кивнул Андре. — Штаб сейчас работает по их локализации, чтобы сделать понятнее для разных групп.
Локализации.
Хорошее слово, за которым можно спрятать вообще что угодно.
Я посмотрел на Дорадо внимательнее. Он отвечал спокойно, но слишком коротко. Что-то явно недоговаривал. Может, не доверял мне, что вполне разумно. Может, проблемы оказались значительно глубже перечисленных. Семья Себастьяна действительно могла стать подарком для противников, особенно Лола с её характером. Спонсоры тоже никуда не исчезали. Человек, который собирался воевать с частью золотой сотни, всё равно нуждался в деньгах представителей той же элиты.
— Я смогу сделать Себастьяна заметным персонажем, — сказал я. — Но кроме этого, нужно проделать большую работу с подконтрольной группой. Есть планы?
— Мы собираемся усилить профсоюзы, сделать молодых людей частью политики. Лоббировать некоторые законы, которые позволят разным организациям реально влиять на принятие решений в рамках округа.