На улице стоял холодный осенний вечер. Уже стемнело, и людей почти не было. На него и ползущий рядом страх никто не обратил внимания — просто прохожий, выгуливающий свою тёмную материю. Ничего удивительного.
Даня чётко знал, куда шёл, — на помойку. Именно там в прошлом он собирал банки, тщательно отмывал и помещал в них страхи. Вот и сейчас мужчина решил вспомнить былые времена.
В саму помойку он не залезал — люди обычно заботливо оставляли стеклотару около контейнеров, — поэтому всё, что ему оставалось, это пройтись по ближайшим мусоркам и собрать необходимые склянки.
Они со страхом посетили три помойки и собрали совсем немного банок — четыре. Видимо, кто-то ещё имел виды на склянки, либо люди стали чаще кидать их в сам контейнер.
— Ну ничего… видимо, придётся купить… Ох, нифига себе! — Даня оборвал сам себя на полуслове, увидев сокровище рядом с контейнером. — С ума сойти! Аквариум!
Он осмотрел находку со всех сторон. Огромный резервуар, литров на триста, и стекло было целым, только пыльным. Кто-то выбросил целое состояние (или избавился от проблемы).
— Так, приятель, давай помогай. Теперь это твой новый дом, — кряхтя, Даня погрузил стеклянный прямоугольник на сгусток тёмной материи.
Сам аквариум оказался из акрила и весил не так много, как подумал изначально Гринёв. Вдвоём они — он и сгусток страха — втащили резервуар в квартиру, и Даня с воодушевлением расчистил для него место внизу под стеллажами, прямо на полу. Правда, пришлось открутить две нижние полки.
— Ну вот, — сказал он, отмывая стенки аквариума. — Будет удобно залезать и вылезать.
Мужчина словно готовил домик для кошки, которой у него никогда не было. Отец как-то попытался завести хомяка для сына, но тот, увидев клаустрофобию, тут же испустил дух. На более крупное животное его старик так и не решился.
Закончив и с этим занятием, он заметил, как вновь начал погружаться в негативные размышления о происходящем. Даня мотнул головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли. Он так боялся, что его подозрения насчёт Евы окажутся правдой. Ну зачем ей в друзьях тот, кто жрёт материю? А может, она сама этим занимается?.. Нет! Иначе бы он почувствовал. Или ему просто не хотелось в это верить.
Пока мужчина размышлял о своей подчинённой, огромный страх медленно вполз в подготовленный для него домик и уютно устроился внутри. Даня с умиротворением смотрел на своего питомца, но мысли всё ещё бродили вокруг Евы.
Как же сильно он полюбил её до потери памяти и влюбился вновь уже после, не помня их прошлого! Всё его существо рвалось к ней, тянулось. Он хотел схватить её за плечи, встряхнуть как следует и проорать мучивший его вопрос: «Что ты, чёрт возьми, творишь?! Почему ничего мне не рассказала?!»