— Какие планы на будущее? У нас в Крепости не желаешь остаться?

Обхаживать меня еще в Новгороде начали, но вот прямое предложение Скиф сделал только в крепости, после того как со мной полностью рассчитался. Обхаживали, кстати, не только меня, но и Санту, когда узнали, что она сенсор, а также ее историю. Особенно взялись, когда она себя во всей красе показала, по пути из Новгорода в Крепость. Так что я вполне надеялся, что ее уговорят, и она согласится на их предложение. Как согласилась Кэт, ту Янка уговорила, мол что там в том Береговом, медом намазано, так у тебя всё равно ничего ценного там нет. Какого туда возвращаться? А у нас весело.

— Нет, Скиф, — мотнул я головой отрицательно, даже не задумываясь. — Домой поеду. У вас тут хорошо, но я уже прикипел к Береговому. Всегда мечтал у большой реки жить.

Ну и, в отличие от Кэт, меня там в подвале среди барахла немалые финансы дожидаются, в том числе и белый жемчуг. Можно было бы и вправду, туда сгонять, забрать всё мне нужное и сюда вернуться. Ведь за это время тут действительно своим стал, со многими нормальные отношения наладил. Но, если смотреть в будущее, то стаб на острове посреди реки он более безопасен для проживания. И я там более комфортно себя чувствую, чем здесь за высокими стенами. Тем более, если в Береговом не приживусь, то всегда сюда можно будет вернуться, о чем мне Скиф прямо и сказал:

— Ну что ж, понимаю, — пожал он мне крепко руку. — Настаивать не буду, просто знай, про должников говорить не стану, но во всяком случае хорошие знакомые, которые тебя всегда рады видеть будут, здесь у тебя есть. Надумаешь, всегда ждем в гости, а если помощь понадобится, то я думаю ты догадываешься куда и к кому можешь обратиться.

— Может передумаешь и останешься?

Я только улыбнулся в ответ, сколько раз за эти дни этот вопрос уже слышал. Так что снова отрицательно мотнул головой. Янка с Кэтрин, а также Мошух со своими решили меня проводить за пределы «водоворота». И вот, прощаемся теперь, никак не простимся. Кэтрин, вот уж не ожидал от нее, в слезы ударилась. Пока в водохранилище умывается, заодно успокаивается, Яна и сделала еще одну попытку меня уговорить остаться.

— Ну что ж, тогда не будем слезы лить, — бросила она слегка насмешливый взгляд на вернувшуюся Кэт, что уже успокоилась. — Прощай, Нафаня…

— Ифрит!

— Ой, да отстань ты, — отмахнулась от Санты Яна. — Это для тебя он Ифрит, а для нас он навсегда останется нашим добрым русским Нафаней. Иди сюда, — развела она руки, — я тебя обниму на прощание.

Санта с готовностью раскинула руки в стороны и пошла со всеми по очереди обниматься, прощаться. Как ее не блатовали, какие горы золотые не обещали, осталась она со своим господином Ифритом. Так и не смог ее отучить не называть меня господином, а тем более Ифритом. И что самое удивительное, народ в крепости тоже именно так меня начал вскорости называть.