Ускорение — это всё же вещь! Противники мои против меня как деревенский парень против мастера спорта, пока замахнется, пока ударит, тот из него уже отбивную сделает. Но не все в этом мире деревенские, хватает не только мастеров, но и олимпийских чемпионов. Так что нос я не задирал, понимал, чем это аукнуться может. Да и вообще, я не конфликтный, но с некоторых пор очень не люблю, когда в меня стволами тычут, а тем более стреляют. Аллергия у меня на это действо.

Автомат с предохранителя уже снят, осталось на всякий случай затвор передернуть. Что я и сделал, проследив как вылетевший патрон по мраморному полу со звоном покатился.

И вот тут меня чуть не накрыло окончательно.

Оружие к бою готово, они похоже реально меня валить собрались. От бешенства даже в глазах потемнело, и я уже собрался с ними сделать то же, что и с напарниками Старта. Без всякой жалости!

Не успел!

Взвыла корабельной сиреной тетя Люба, так и не понял откуда она взялась.

— Коля!.. — и дальше, мать перемать, да громко так, что я даже скривился и, злость на этих тварей почти прошла, сейчас я больше боялся, что на крики со всего города твари сюда сбегутся.

Пухляш Коля на удивление быстро в себя пришел, видимо лоб у него чугунный. Очухался и тоже матом в полный голос в ответ, только не на меня, а на тетю Любу.

Я охренел настолько, что даже не сразу их заткнул.

— Заткнулись все! — всё же пришел я в себя. — Достали! — Меня аж затрясло, сейчас я ненавидел их всех: и мужиков, и тетю Любу. — Где Лена? — Обвел их всех, резко замолчавших, налитыми кровью глазами. — Лена где, я вас спрашиваю?

Лена нашлась сама! И не только она, все остальные женщины тоже на крики прибежали. И я тут уже, как от зубной боли, скривился, столько шума, криков, ругани…

— Что случилось? — Лена всё же сумела ко мне пробиться, мимо столпившихся и голосивших на пороге склада женщин.

— Уходим мы отсюда! — не сводя настороженного взгляда с пузана, ответил ей. — Пусть они тут сами, что хотят делают, хоть еб… что хотят делают, короче.

— Как? — и это не Лена воскликнула.

В не пойми в какой момент наступившей тишине прозвучал голос тети Любы:

— Как уходите? Мальчик мой, сыночек… — меня аж перекривило, перекрутило и перекосило от такого обращения.

Тетя Люба, надо отдать ей должное, увидела эту мою реакцию на свои слова, замолчала вовремя.

— Вот так и спасай народ, благодарности ноль, — благодаря чему мы бормотание пузана Коли услышали.

— Что-о? — снова сиреной взвыла тетя Люба. — Это ты то спасал? — Показалось, что эта бой-баба в этот момент в два раза больше стала, так от возмущения надулась. — Это мальчики милиционеры по зомби стреляли и нас спасали! И тебя, в том числе. Напомнить тебе, спасатель херов, как ты обоссаный драпал, машину нашу догоняя? А потом, как на машину монстры напали, не ты ли от страха обдристался? Что, спасатель, напомнить тебе об этом? — выдохнула она презрительно. — Оружие подобрали, что от погибших милиционеров осталось, да толку от этого. Мальчонка, вон, сам ходит, монстров убивает и нас спасает, а вы? Духу не хватает, кроме как на него нападать?