Ответом стало хмурое молчание.
— Нет… нет… — заскулила Лайла, глядя, как очередной отсечённый щитом оползень сходит в могилу. — Отпусти меня. Эрми. Эрми!
Вспомнив о ментальных проекциях, вампирша прикрыла глаза: раз мольбы остаются неуслышанными, пусть речь держит огонь. Впредь всякий, кто решит пленить её, поплатится… и очень дорого. Вспыхнувшая спина станет ключом к свободе, а запах горелой плоти — скорбным напоминанием о преданном доверии. Девушка абстрагировалась от звука падавших в яму комьев и сконцентрировалась. Ничего… Ничего не происходило… Нарисованное в голове пламя так и оставалось настойчивой мыслью! Вслед за подругой Лайлу предали и огненные чары… Всё, что у неё осталось, — жалкие попытки сопротивления и возможность смотреть, как могила наполняется землёй, сырой толщей, всё больше отделявшей её от вечного сна с возлюбленным.
— Я тебе этого никогда не прощу… — ледяным тоном сказала вампирша, когда в притоптанную почву безымянным надгробием вонзился меч Джона, еле найденный ассасином в кромешной тьме.
Услышав шелест воткнутой стали, Эрминия отпустила Лайлу и встала:
— Однажды ты поймёшь, насколько заблуждалась…
— Уже поняла… — рубины глаз поднялись на уровень лица. — Я думала… мы друзья, — сияющий взор поглотил мрак: вероятно, вампирша отвернулась.
— Так и есть… — изрёк запыхавшийся Рэксволд. — Поэтому целиком и полностью разделяем твою боль… Но кем мы будем, если дадим совершить тебе глупость? Неужто думаешь, что мы желаем тебе зла? Лайла? Лайла?..
Где-то неподалёку хрустнула ветка.
— Она ушла… — взгляд северянки блуждал в беспросветно тёмном лесу. — И нам её не догнать…
Глава 13
Запад Виверхэля бережно хранил крупицы осеннего тепла: треугольник из горных хребтов задерживал холодные ветра на пару недель — когда восток уже белел от снега, здесь ещё можно было застать ковёр из пёстрой листвы. Оттого бежавшие от зимы бродяги, не желавшие толкаться в тесноте южных краёв, часто преодолевали перевалы и наслаждались благостной погодой не меньше полумесяца. Так, соблюдая ежегодную традицию, вечером минувшего дня Гарс и Бантака спустились со скалистых склонов к окрестностям Тюрген Кроунт.
Гарс, низкий мужичок с рыжей бородой и телосложением похожим на бочонок, был полной противоположностью своего спутника: мускулистого верзилы с ровной, стекавшей с макушки причёской, напоминавшей надетую на голову глиняную миску.
— Надо ж быть таким кретином… — нахмурил взъерошенные брови Гарс. — Лошадей забыл он привязать… Тащиться теперь пешкодралом… с утра пораньше.
— Я не нарочно… — виноватым басом протянул Бантака и, выпятив нижнюю губу, тоскливо уставился на лесную тропинку.