Стиснув зубы, князь Хаоса пошел в очередное наступление. Конь и ферзь методично и незаметно окружали короля, подводя игру к финалу. Заметит ли это Эленика?

Он сам не знал, хочет ли, чтобы она заметила, или нет. В сердце все не успокаивалась злость на нее за эту глупую дерзость. Ему хотелось наказать девчонку, научить, кому стоит бросать вызов, а кому — нет. А еще он обязан был победить.

С другой стороны, какая-то крохотная часть его души, о наличии которой он прежде и не подозревал, отчаянно требовала проиграть. Чтобы Эленика, наконец, получила то, чего так страстно желает. Чтобы хоть на миг ее голубые глаза сверкнули радостью. Чтобы не видеть, как эти глаза могут потухнуть…

«Признай поражение», — прорычал в голове девушки мысленный приказ. Но княгиня даже не подняла головы.

«И не подумаю…»

Игра стремительно приближалась к финалу. Дариэн «съел» ферзя Эленики. Одну из ключевых фигур. И теперь равновесие в игре пошатнулось.

Девушка не могла не понять, чем это ей грозит. Но даже в таком раскладе не собиралась сдаваться. Только маленькие пальчики, сомкнувшиеся на последней ладье, немного дрогнули.

«Эленика, прошу тебя», — вдруг совсем другим голосом произнес Дариэн, не сводя с нее темных, как ночь, глаз. Девушка даже не сразу поняла, что он все еще говорит мысленно. Но осознать, что он пользуется ментальной связью ради нее, ради поддержания ее спектакля гордой ненависти, она так и не смогла. «Через два хода я поставлю мат. Послушай меня…»

Но княгиня уже и так видела исход игры. Она глубоко вздохнула, чтобы придать себе уверенности, и откинулась назад в кресле. Как ни странно, руки больше не дрожали. Через два хода она проиграет. А значит — умрет.

«Я могу вернуть твой вызов сразу после проигрыша, — продолжал говорить мужчина, не открывая рта. — Так, как было с маркизом Айвери. Но это работает только в том случае, если проигравший сам хочет его забрать…»

Эленика не отвечала, она вдруг подняла на Дариэна ослепительно-голубые глаза, и губы ее на мгновение дрогнули в улыбке. Но тут же черты снова стали бледно-неподвижными. Только мягкий взгляд блуждал по его, Дариэна, лицу, рукам, груди. Словно она запоминала его образ. Или прощалась…

«Эленика…» — закипая изнутри, позвал мужчина, видя, как она легко переставляет фигуру.

«Эленика, ты меня слышишь?..»

— Прошу князь, ваш ход, — звонким, как весенний ручей, голосом произнесла девушка, разрывая напряженную тишину.

Дариэн стиснул зубы и зло выдохнул. Двинулись на доске его ферзь и ее пешка. Все. Следующим ходом черный конь должен поставить мат белому королю.