Ждать пришлось долго. Я засел в конюшни, дожидаясь, когда в офисе будет посвободнее. Периодически изучая обстановку. Наконец, ковбои ушли, забрав своего дружка под честное слово. Новый помощник тоже засобирался куда-то. Я выждал еще минут десять, Томми не остался один.

Вошел тихо, без стука. Росомаха поднял голову, и его лицо вытянулось от удивления.

— Итон⁈ Ты… ты как здесь?

— Приехал попрощаться, — я подошел к столу. — И забрать кое-какие мелочи. Как ты тут? Справляешься?

— Да вроде… — он потер затылок, все еще не веря своим глазам. — Мэр назначил меня временно исполняющим обязанности. Пока выборы не пройдут. Или ты… передумал?

— Нет, Томми. Моя работа здесь закончена. У меня другие планы. — Я оглядел знакомый кабинет. — Вот, хотел бумаги свои забрать, да пару книг.

Я подошел к книжной полке, сделал вид, что ищу что-то. Росомаха наблюдал за мной, не зная, что сказать.

— Ты… куда теперь? Если не секрет? — спросил он наконец.

— Далеко, Томми. Туда, где меньше стреляют и больше платят. — Я усмехнулся. — Тебе удачи на этом посту. Смотри, не нарвись на неприятности. Городок у нас хоть и маленький, но злой.

— Знаю, — он вздохнул. — Спасибо, Итон. За все. Ты меня многому научил.

В этот момент дверь скрипнула, и в офис заглянули двое — типичные коробейники, какие часто шатались по городкам Фронтира, предлагая всякую дребедень. Мужчина и женщина, увешанные кастрюлями, лентами, дешевыми украшениями.

— Добрый вечер, господин шериф! — затараторил мужчина, снимая шляпу. — Не желаете ли взглянуть на наш товар? Ножички острые, зеркальца блестящие, эликсир от всех болезней…

Росомаха отвлекся на них, поднялся из-за стола, чтобы спровадить непрошеных гостей. Это был мой шанс. Я метнулся к столу. Документы, написанные Маргарет, уже были у меня в руке. На столе лежала подушечка с чернилами и тяжелая бронзовая печать шерифа округа. Три быстрых движения — и на каждом документе появился четкий оттиск официальной печати. Я быстро сложил бумаги, сунул их во внутренний карман куртки.

— … нам ничего не нужно, уходите! — услышал я голос Росомахи.

Я уже стоял у двери.

— Еще раз удачи, Томми. Может, свидимся когда-нибудь.

— И тебе, Итон. Береги себя.

Я кивнул и вышел на улицу. Сердце колотилось. Получилось! Теперь у моих банноков есть «легальные» документы. Осталось купить им одежду. Ведь встречают как раз по ней…

И я отправился прямиком в лавку готового платья, ту самую, где когда-то встретил Эмми. Продавец, худощавый очкарик Альберт, узнал меня, но проявил чудеса такта — ни слова о статье в газете, ни вопроса о моем внезапном «увольнении».