— Давай, Быстров, рассказывай о своих подвигах.

Жизнь опера состоит не только из победных реляций. В ней есть место и горечи от провалов и ошибок, Трепалов понимал это не хуже меня, поэтому я не пал духом, а, собравшись с силами, приступил к докладу. Удалось уложиться в пять минут.

— Значит, если бы не товарищ Гайдо, мы бы с тобой больше не разговаривали… А мне казалось — ты в хорошей физической форме, Быстров, — укоризненно произнёс Трепалов.

— И на старуху бывает проруха. Женился, расслабился…

— Женился, расслабился, — передразнил меня Трепалов. — Ты ещё брюхо отрасти как у бабы беременной!

— Ну… до такого не дойдёт! — не очень уверенно произнёс я.

Стул подо мной предательски скрипнул. И вроде всего-то — поел дома блинчиков, даже на работе толком угоститься не успел.

— Вот чтобы не дошло, я сегодня же созвонюсь кое с кем и отправлю тебя на курсы изучения джиу-джитсу! — грозно изрёк Трепалов.

Говоря по правде, я сам бы мог кое-чему поучить здешних инструкторов японского единоборства, но если начальство приказывает — надо брать под козырёк. Без регулярных тренировок постепенно теряешь навыки, и тело перестаёт работать на автомате. Вот только допнагрузка приведёт к тому, что буду являться домой за полночь. Таким макаром можно дотянуть до того, что жена на порог пускать перестанет.

Стоп, чего это я на Настю наговариваю⁈ Она у меня умница, дочка старого и опытного сыщика, прекрасно всё понимает, за это (и не только) я её люблю.

— И да, — порадовал меня напоследок Максимыч. — Я договорился насчёт свидания со Стряпчим. Передай своей информаторше, что она может увидеть своего суженого-ряженого в любой день, хоть завтра.

— За хорошие новости спасибо!

— Надеюсь и от тебя услышать что-нибудь путное. Давно пора найти того гада, что на тебя охоту открыл, — озвучил мои мысли Трепалов.

«Информаторша», то бишь Варвара, поджидала меня неподалёку от подъезда. На ней было лёгкое не по сезону пальтишко, и за то время пока меня не было, девица успела порядком продрогнуть.

— Зайдём в подъезд, — предложил я. — В квартиру, извини, не приглашаю.

Мы зашли в подъезд. Тут тоже было прохладно, но хотя бы не так, как на улице.

Девица сняла толстые варежки и подула на руки, потом посмотрела на меня. Я спокойно выдержал её испытывающий взгляд.

— А в гости к себе почему не приглашаете, Георгий Олегович? Что, жена заревнует? — белыми от холода губами прошелестела Варвара и неожиданно добавила: — Завидуя я ей.

— С чего бы зависти взяться? У тебя вон — жених видный в арестном доме отдыхает.

— Непутёвый он у меня. Красивый, но непутёвый! А вы — и из себя мужчина видный, и опять же — солидный, правильный, — грустно пояснила она. — Мне такие прежде ни разу не попадались…