— Пущай живёт! — кивнул Ярополк.
— Вам самим не тошно русскую речь так коверкать? — выдал мне Фома видимо начинающий трезветь.
— Что речёт сей заблудший муж? — спросил у меня Ярополк.
— Устал, спать хочет, — произнёс я, и Ярополк кивнул и, взяв руку Фомы, повёл его в его апартаменты.
Я же присел за пульт посмотреть камеры, которые видели всю территорию, в том числе и камеры внутри отеля. Из двенадцати было заполнено три.
А когда Ярополк вернулся, я у него спросил:
— Ты как тут за столько вёрст от дома?
— Я с Гусем общий язык не нашёл, — сказал он. — На бой смертный его вызвал, а он, аки трус, поступил. Воеводе сказал. Так я тут и очутился.
Я хотел спросить ещё что-то, но передумал. В отелях свои порядки, свои иерархии. И если Ярополк здесь, в Питере, в этом неприметном здании на окраине, значит, так надо.
— Ты тут смотритель? — спросил я.
— Оно самое, — кивнул он. — Я за порядком слежу.
— А кто по телефону говорил со мной? — спросил я.
— Сие я не ведаю. Я один тут. Я да узники! — Ярополк повернулся, махнул рукой в сторону коридора.
— Ну, удачи. Я трудиться дальше, — произнёс я и, попрощавшись с Ярополком рукопожатием за предплечья, вышел из здания отеля точно так же, как и пришёл. С чёткой уверенностью, что за ним всё равно присматривают, кто-то же со мной говорил человеческим голосом.
И, сев в машину, тут же получил звонок от Дяди Миши — видимо, моё письмо о расширении штата отеля дошло. Ну что ж, почему бы не поговорить с генерал-полковником?
— Здравия желаю, — произнёс я, поднимая трубку.
— Привет. Вижу, ты добрался и уже начал работать? — спросил генерал-полковник.
— Точно так, — кивнул я, по привычке, пускай и понимая, что Дядя Миша меня не видит.
— По твоему рапорту о расширении штата «отеля», работа ведётся, но когда это всё будет, мы не знаем пока что.
— Совет ничего не говорит? Просто они у ликвидаторов миллионы обрезали, так пускай бы эти миллионы пошли на расширение штата, а то у нас в Питере один Ярополк сидит с мечом и пистолетом, которым он скорее всего пользоваться не умеет.
— Ты же знаешь, как легко что-то урезать и как сложно что-то вернуть или организовать, — произнёс он, — А по Фоме что там?
— Я его только в отель определил, сейчас еду к нему домой, говно после хиппи убирать, он там притон организовал.
— Ты в двух словах скажи, что там с ним было? — допытывался Дядя Миша.
И я рассказал, в двух словах, всё с самого начала, с того, как я вошёл в квартиру Фомы.
— Дела… — произнёс Дядя Миша. — Значит, Фома у нас запятисотился?
— Так получается, — произнёс я, снова встречая это слово, хотя во время войны в Афгане и в Чечне такого не было, двести и триста были, а груза 500 не было, очередной новодел или сленг, с которым придётся считаться и пользоваться. — Дядь Миш, а откуда термин?