Наташку, как я ее теперь называл, разместили в пустующем каземате. После уборки в хранилищах освободилось много помещений. Вечером, когда сменился караул, я вызвал из инвентаря минотавра. Без своей хозяйки он не был так смел. Тем более, после того, как я влепил ей оплеуху. На сколько я понял, говорил он плохо. Но язык понимал, команды выполнял. Я демонстративно убрал оружие и решил попробовать договориться миром. Тем более, что Бруно в своей новой ипостаси сидел за спиной. От них обоих несло серой. Впрочем, тут ей воняло везде. Штольни-то рядом.

— Оружие на землю. Все, что есть. Сумки тоже.

Бык нахмурил брови, но подчинился. В отличие от своей хозяйки, он носил нижнее белье. Когда широкий ремень, седло с подсумками, и толстая ткань, заменявшая ему труханы, упали на землю, я понял, почему. Иначе он просто бы спотыкался.

— Так… ты это надень, пожалуй. Тут женщины есть, впечатлительные.

Пес деловито обнюхал все вещи и доложил:

— Топор обычный, просто большой и грубый. Седло, как седло, сумки, как сумки. Кнут… ну такой средней паршивости. А вот сабельки у нее ой какие не дешевые. Одинаковые, на заказ деланы, у лучших мастеров. Даже драконий рог на рукоятки не пожалели.

— Виверну убить можно?

— Если очень постараться. Прям очень-очень. Клинки, конечно, заговоренные, но уж больно крепкая у виверн чешуя. А вот святым рыцарям точно не поздоровится. Ты сильно рисковал.

— Фамильяр не может убить владельца. А это нормально, что у отродья есть бык?

— Ну, сильное отродье легко подчинит слабое. Это он с виду страшный. На войне мы таких за милую душу драли. Так, ради еды. Не факт, что он вообще отродье. А вот твою красотку даже я боюсь.

— Кажется, тут было озеро неподалеку? Прокатимся?

— Давай… почему нет?

Вернув быка в инвентарь, я, тайком, закинул туда же пару швабр и щетки для лошадей. Бруно вспыхнул неярким пламенем, и на спине у него появилось седло.

— Удобно однако… — оценил я усевшись верхом. — Поехали, что ли?

Адский пес не стал дожидаться, пока откроют ворота. Он разбежался и в три прыжка перемахнул стену. Прокатившись когтями по отвесной скале, Бруно приземлился на дорогу и дал деру. Сил у него явно поприбавилось, как и прыти. Минут через десять, мы уже стояли у глади тихого озера.

— Чудищ тут нет, надеюсь?

— Не, только рыбы одноглазые, да так, мелочь всякая. Пить воду нельзя, но живность вроде съедобная. Раньше купались тут…

— Вот и замечательно!

Я вынул из инвентаря швабру и зашвырнул ее метров на двадцать в озеро.

— Ты это зачем? — пес почуял неладное.

— Будь другом, принеси?

— Твою ж мать! — воскликнул он. — Попался как щенок… Ладно, сейчас принесу!