Эльфийка быстро кивнула. Будто от этого что-то зависело.
Дорога до Тарсиса занимала почти десять дней. Напрямик от границы до Дастана всего дня четыре пути, но мы двигались по извилистым дорогам, выбирая самые безопасные маршруты. Гая периодически вызывала магическую проекцию карты и отсылала сообщения, так сказать, в общий чат, чтобы узнать безопасен ли путь. Мне пришлось снять жилет и переодеться. Длинная накидка делала меня похожим на остальных путников. Пару раз мы прибивались к охраняемым караванам и платили наемникам за сопровождение. В эти дни Бруно двигался поодаль от нас, не показываясь на глаза посторонним людям. Последний раз, я попробовал разместить его в инвентаре. Все получилось.
Повозку трясло на ухабах. Колеса мерно поскрипывали, навевая сон. Анри и Гая менялись местами, а я дрых дни напролет. По вечерам чистил оружие, приводил в порядок снаряжение. Еще раз перечитывал книжку по магии. Практиковался. Бремер и Гая посмеивались над моими неудачами и радовались как дети, когда что-то действительно получалось. Я практиковал все, кроме призыва. А улучив момент, тайком, пытался засунуть в инвентарь все громоздкое, что находил в окрестностях. Когда там скопилось достаточно барахла, я, наконец, понял примерный объем магического хранилища. Штука действительно оказалась удобной. Еще бы, столько дров можно таскать с собой. Правда, я позабыл о Бруно, но он, вроде бы, ничего не понял. Или сделал вид, что не понял… Удивительно разумный пес.
Поэкспериментировав с разными предметами, грязью, жидкостями и мелким зверьем, я понял, что в инвентаре ничего не смешивается. То есть, зверьки не жрут провизию, а вода и грязь не портят одежду и прочие вещи. А вот если соединить их до помещения в инвентарь….
В общем, открылось огромное поле для экспериментов.
Врат Тарсиса мы достигли уже затемно. Бремер специально устроил привал до заката, чтобы встать до восхода солнца. Не считая коротких привалов, он гнал лошадей, что есть мочи. Становиться на ночлег в этих местах ой как опасно. Зверье дикое, пограничье, опять же. Пришлось орать под стенами цитадели битый час, чтобы солдаты опустили мост.
— Рисковый вы человек, милорд, — командир стражи — мужчина лет сорока со смертельно уставшим лицом, заглянул в повозку. — Все на выход. Вещи и документы к осмотру!
— У меня только лапы и хвост, — проворчал Бруно, усаживаясь возле лошадей. — Под хвостом показать?
— Ах ты бродяга! — офицер вяло улыбнулся. — Какими судьбами к нам?
— Да вон, сейчас увидишь… Только за оружие не хватайся, он у нас не местный. Законов не знает, может и покалечить.