— Что теперь? Я так понимаю, что черные плащи не успокоятся?
— Ты знаешь ответ, Павлик. Нравишься ты мне больше чем надо бы… Дам тебе совет: нет магии белой, нет магии черной, нет магии алхимической, той, что боевая, или только для ремесла. Эта сила едина. Она творит как добро, так и зло, в зависимости от того, в чьих руках окажется и насколько талантлив маг. Люди придумали это для удобства и в силу слабости ума и нерешительности своей. Так что делай выводы и поскорее. Это может спасти тебе жизнь.
Ирия сделала шаг навстречу и крепко обняла меня.
— Какое странное ощущение… Что ты столбом стоишь⁈ Обними свою богиню!
Я осторожно коснулся ее спины. Богиня оказалась весьма осязаема. Даже больше чем надо бы.
— Это всего лишь объятия матери и дитя… дитя иного мира, иной воли. Я всеми фибрами своими ощущаю, что ты чужой, но волнуюсь вовсе не от того. Кажется, я ошиблась, назвав твой дом миром без богов. Ты и есть частичка своего бога, он растворён в тебе, в каждой клеточке твоего тела. Скажи, каково это быть единым со своим создателем?
— Я… не знаю.
— Какое странное он выбрал решение… создать мир и устраниться, продолжая жить в своих детях. Я не жалею, что дала тебе свои силы. Но приглядывать за тобой постоянно больше не смогу. Зреет война, скоро будет много работы. Будь всегда справедлив и гнев мой тебя не коснется. А еще повторю: о моем покровительстве сильно не трепись, себе хуже сделаешь.
— Догадливых многовато. Но я стараюсь…
— Прощай!
Ирия растворилась так же внезапно, как появилась. За секунду до того, как послышались шаги и шелест веток. Кто-то пришел по мою душу.
— Наместник, корабли на горизонте!
Солдат выглядел взволнованным. Запыхался пока бежал сюда. Окинув необъятный простор взглядом, я обернулся на алтарь. Камешек больше не светился.
— Орудия к бою. Должно быть это адмирал Гроер, но чем черт не шутит. И это… дружище, убери все патрули из деревни.
— Те, что на дереве тоже?
— Да. Хотя нет! Пусть затаятся как следует, укроются в дуплах. Если меня вдруг убьют… Если! — я заострил на этом внимание. — Сравняйте поселок с землей. Немедля.
— Но как же договор… наместник?
— Если они решатся на такое, значит договор уже ничего не значит. Сейчас, главное не горячиться. Нужна холодная голова, понял?
— Так точно! Холодная голова!
— Молодец, пошли пожрем, пока гости не нагрянули…
Корабли небольшого конвоя остались на рейде, так сказать. В пределах видимости. Два военных судна, два грузовых. Особняком стоял личный фрегат адмирала. Его катер пришвартовался на этот раз в поселке, на погрузочной пристани. Моя личная горничная великодушно привела мои личные вещи в божеский вид. За три дня залатала и отстирала все, что смогла. Побрившись, я остриг волосы под расческу, умылся, почистил зубы и оружие. Надел тактический комплект, берцы, бронежилет, каску и гарнитуру. Раздал рации кому следует и бинокли. На сей раз решил не стесняться в средствах. Жизнь у меня одна, обстоятельства странные, да и военное положение никто не отменял.