Кукла открыла инвентарь и на причал посыпались части тел, завернутые в промасленную бумагу.

— Вот, три комплекта! Господин Бремер знает, что делать.

— Вы знакомы? — удивился я.

— Он лучший создатель живой брони! Я… тайком покупала его изделия и училась на них! При других обстоятельствах, я бы с радостью встретилась с ним, но… — она виновато пожала плечами.

— Черт, как вы не вовремя со своим появлением, — я потер виски. Вернее попытался, пальцев-то не хватало. — Если вы сможете помочь госпоже Санаре, я, так и быть, устрою встречу. Эй, Бруно⁉ Проводи эту… девушку к Бремеру. И захвати вот это все, если получится.

— Я возьму! — воскликнула кукла и тотчас скидала все обратно в инвентарь.

— Только попробуйте учудить в моем замке… я вас с того света достану!

Угроза прозвучала на редкость убедительно. Сам не ожидал. Низко склонив голову, кукла побежала догонять пса.

— От имени совета, я выпишу вам дополнительное довольствие, наместник, — пообещала мать Натали. Потом обратилась к Гроеру.

— Друг мой, я подвела вас… но не окажете ли вы мне последнюю услугу, как главе совета?

— Все, что могу, — улыбнулся тот сдержано.

— У вас с собой корабельная казна, не так ли? Она полна?

— Да, еще не расходовал.

— Пожалуйста, отдайте ее наместнику в счет нанесенного ущерба. Как вернемся в порт, я вам все компенсирую.

— Сию минуту! — адмирал отдал честь и поспешил к своему катеру.

— Я понимаю, что это выглядит как подкуп, поэтому оформим все официально. За эти деньги не нужно отчитываться. Теперь, когда мы одни… — женщина пристально взглянула в мои глаза. — Наместник, как вы считаете, достойна ли я занимать пост главы совета после того, что случилось?

— Вы меня спрашиваете?

— Кого же еще мне спросить? Мы едва не лишили вас жизни. Да еще так цинично.

— Не знаю, какие у вас отношения с дочерью… но понять ваши чувства могу. Я не буду таить зла, но и доверять вам причин не вижу. Вы знаете, что скоро начнется война? Помните, что это такое?

— Знаю, — она кивнула решив не лгать. — И хорошо помню.

— Если вы найдете в себе силы, то оставайтесь на посту. Я в политике не силен, но предпочитаю чтобы у власти были более или менее адекватные люди. Которым хоть что-то дорого. А за дочь не переживайте. Она мне уже как родная.

— Спасибо наместник. Я запомню ваши слова. Можно нам попрощаться?

— Да, конечно. Не буду мешать…

Я оставил отродье наедине с матерью. Едва ступив за ворота замка, наконец, смог выругаться от души. Сохранять спокойствие, истекая кровью, да еще когда пальцы, которых нет, так пульсируют и зудят — это настоящая пытка!