— Остаться было бы слишком рискованно. Не хотел давать ложных надежд. Решил придерживаться первоначального плана.

— И правильно сделал, — кивнул отец.

— Серьезно?

— Да, Паш. Тебе конечно следовало бы посоветоваться со старшими товарищами, но…

Отец достал свой планшет и, открыв приложение, протянул мне. На экране всплыло электронное сообщение:

«Полковник Холодов, немедленно прекратите ротацию войск и вернитесь в расположение части! Вы срываете планы командования! Вам запрещено объединяться с военной частью 12205! Приказ о присвоении вам звания будет немедленно отозван!»

— Мне пришло подобное сообщение, — подтвердил Фургаев. — А еще приказ взять полковника Холодова под стражу до дальнейших распоряжений. Как-то не вяжется с директивой.

— А… чей приказ?

— Неизвестно. Наши связисты отследили сообщение, на сколько это возможно. Оно пришло извне, со сторонних серверов. Даже не по шифрованному каналу.

— Враг?

— Да, Павлик, однозначно. Вот только не ясно, внешний или внутренний. Мы не хотели тебе говорить раньше времени. Сдается мне, что кто-то очень умный решил поставить над нами эксперимент. Посмотреть будут русские солдаты жрать друг друга, или нет. В общем, повторюсь еще раз: я считаю что ты сделал правильный выбор. Ведь все мы еще живы.

— Согласен, — кивнул Фургаев.

— Знать бы еще наперед, на что Родину променяли… — вздохнул особист.

— Сань, посмотри на меня? — Фургаев взял особиста за плечи. — Разве можно поменять Родину? Она же как мать, ее не выбирают. Помнишь, что было сказано? Родина начинается там, где стоит нога русского солдата. Она там, где наши друзья, жены, дети…

— Так-то оно так… Да не так.

— Хорошо сказал, — усмехнулся Сармат. — Формально, я имею право распустить воинские формирования. Согласно директиве 505, главная задача — выжить. Так что вся ответственность на мне. А если неформально, то… Фургаев прав. Предлагаю считать, что свой кусок родины мы принесли с собой. Как называется территория государства окруженная территорией другого государства?

— Анклав, — подумав выдал особист. — Если нет выхода к морю.

Сармат, кряхтя, залез на броню, встал на носочки и, приложив к бровям ладонь на манер козырька, демонстративно осмотрел местность.

— Не, выхода к морю не видать, — удрученно выдохнул он. — Вопрос на засыпку: что важнее всего для русского солдата?

— Родина? — сразу ответил Хромов.

— Это да, а еще?

— Присяга? — поднял голову Фургаев.

— И это тоже. Павлик?

— Мир? — предположил я.

— Именно! Как бы наивно это не звучало, но именно русскому солдату больше всего на свете дорог мир! — Сармат усмехнулся. — Хорошее место. Раз оно никому не принадлежит, значит станет наше. Тем более, что мы тут уже наследили… Возражения есть? Возражений нет! В общем, с этого момента здесь будет анклав! Анклав Мирный! А посему, приказываю построить личный состав для торжественного поднятия флага под звуки государственного гимна!