Конвенция, принятая ООН после ужасов Второй мировой войны, обязывает страны пресекать массовые убийства по этническому, расовому или религиозному признаку и судить виновных — даже если это государственные лидеры или военные. Однако США, вещающие о «правах человека», упорно отказываются закрепить эти нормы в своём законодательстве.
Неудивительно, что сенаторы вновь заблокировали голосование накануне новой военной авантюры — подготовки к вторжению в Ирак. Американские империалисты хорошо усвоили уроки Вьетнама, где их солдаты уничтожали целые деревни (как в печально известной резне в Сонгми), но так и не предстали перед международным судом. Теперь, планируя бомбардировки мирных городов, Вашингтон заранее страхуется от обвинений в геноциде.
Провал голосования — яркое доказательство лицемерия американской политики. Пока США на словах клеймят «диктаторов», на деле они создают правовой вакуум для собственных военных преступлений. Мировое сообщество должно требовать от Вашингтона не лицемерных резолюций, а реального подчинения международному праву.
«Кто сеет ветер — пожнёт бурю» — напоминает народная мудрость. Но, похоже, в коридорах власти США предпочитают об этом не думать.
p.s. Интересно, сколько ещё лет пройдёт, прежде чем «великая демократия» перестанет бояться собственных законов?
— Дорогие товарищи! Граждане и гражданки Советского Союза. Добрый вечер, мы начинаем первую в истории советского телевидения прямую линию с Генеральным Секретарем ЦК КПСС Михаилом Сергеевичем Горбачевым, — я дождался представления и бодрым шагом вошел в кадр, улыбаясь и помахивая ладонью в камеру. Мы с Познером пожали руки, здороваясь, сели за специальный треугольный стол, так чтобы иметь возможность и в камеру смотреть, и между собой общаться удобно, после чего Владимир Владимирович повернулся к зрителям и принялся рассказывать о формате сегодняшнего мероприятия.
Второе большое телевизионное интервью Генерального секретаря ЦК КПСС — сиречь мое — решили провести в виде прямой линии с первым лицом государства. Ну как решили… Я решил. На самом деле и телевизионщики, и коллеги по Политбюро изначально оказались совсем не в восторге от идеи пустить интервью в прямом эфире, да еще и с выводом без всякой корректуры звонящих в студию людей. От последнего в итоге отказались, никакой конспирологии или победы цензуры над здравым смыслом, сплошное техническое несовершенство и неспособность среднего гражданина формулировать свою мысль так, чтобы в телевизоре она выглядела удобоваримо. Ну и ограничения на звонки между городами делали бы эту «прямую линию» на самом деле не столько общесоюзной, сколько общемосковской.