Зал впечатлял. Панорамные окна во всю стену заливали огромное пространство утренним солнцем. Здесь было всё: от рядов сверкающих хромом тренажеров и беговых дорожек до массивных боксерских рингов и зон со свободными весами.

И, как оказалось, я был здесь не один.

Слева, ритмично отбивая кроссовками по полотну беговой дорожки, бежала Наташа. В простых черных легинсах и спортивном топе, с собранными в тугой хвост волосами, она выглядела максимально по-домашнему. На мониторе перед ней крутился какой-то выпуск новостей. А в центре зала, у подвешенной к стальной балке огромной, усиленной боксерской груши, методично работал Стив Роджерс. Я и не заметил, что он уже вернулся.

Бум. Бум. Бум.

Удары суперсолдата звучали как выстрелы из малокалиберной пушки. Груша, обтянутая толстой кожей, жалобно скрипела на цепях, но пока держалась. Я подошел ближе, стараясь не слишком шуметь.

— Доброе утро, Кэп, — поздоровался я, когда он сделал паузу, чтобы поправить бинты на руках. — Не жалко инвентарь?

Стив обернулся, и я не сразу, но заметил разницу. Это был уже не тот потерянный человек. Его плечи расправились, в движениях появилась некоторая легкость, а во взгляде... во взгляде больше не было той давящей тоски по ушедшему времени. Ну, почти не было. Встреча с Пегги Картер, как я и надеялся, вытащила его из эмоциональной заморозки.

— Доброе утро, Макс, — Стив широко, искренне улыбнулся, вытирая пот со лба полотенцем. — Это специальная груша. Тони сказал, внутри кевларовая крошка и песок. Пока держится.

Он шагнул ко мне и, неожиданно для меня, протянул руку. Я пожал её в ответ.

— Я не успел сказать тебе спасибо, — голос Капитана стал тише и серьезнее. — За тот разговор. И за пинок под зад. Это было... именно то, что мне было нужно.

— Рад, что ты не стал бросаться в меня щитом за дерзость, Стив, — усмехнулся я, решив немного пошутить. — Как прошел остаток вчерашней поездки?

— Лучше, чем я мог надеяться, — в его глазах блеснуло теплое воспоминание. — Мы проговорили почти весь день. Знаешь, Макс... ты был прав. Я потратил всю молодость на войну с нацистами и ГИДРОЙ. И когда я очнулся, я думал, что моя единственная цель, по словам Фьюри, — это продолжать воевать, просто в другом веке. Но война всегда будет в том или ином виде, явная или прячущаяся в тени. Щ.И.Т.у всегда будут нужны солдаты, ну или агенты.

Стив расправил плечи, глядя в панорамное окно на просыпающийся Нью-Йорк.

— Но я больше не хочу быть просто инструментом. Пегги сказала мне то же самое. Пора научиться жить заново. Постараться начать жить нормальной жизнью.