Меня выбросило из этого «особого» мира и состояния в реальность.
Свет ударил по глазам так резко, что я застонал.
На меня обрушились звуки, запахи, шум листвы, далекий крик какой-то птицы и тяжелый железный дух идущий от дубом. И…как будто он стал в несколько раз сильнее. Или это мои чувства обострились?
Я повернул голову и понял, что лежу на боку у корней дуба, свернувшись калачиком.
Получилось.
Времени ушло больше, чем планировал. Сложная (для меня) глава, потому что нужно было показать что-то новое, то чего не было раньше (в плане Дара). Надеюсь, вам понравилось.
Дышалось как-то тяжело. Будто за все это время, проведенное в «сети», я и позабыл как дышать и как двигаться. Вдобавок время ощущалось как-то странно и непривычно. Словно секунды стали длиннее, однако я понимал, что это иллюзия. Я все еще не отошел от мироощущения древ, которое пропускал через себя.
Я увидел сидящего рядом Грэма. Пока что он молчал и просто следил за моими глазами. Я понимал, что двигаться не могу — банально нет сил. Думаю, даже говорить было бы тяжело. Я тут же проверил это, попытался что-то сказать и…да, язык словно налился свинцом. Однако на лице деда заиграла улыбка, когда он понял, что со мной все в порядке. Сколько же я там пробыл, в сети? Слияние с дубом заняло шесть часов, но тут я как будто не был погружен так глубоко.
Я сделал глубокий вдох и сразу пришло неприятное ощущение пустоты. Это не было похоже на обычную усталость после тяжелой тренировки или после того, как очень много и долго использовал духовный корень для Поглощения, тут было что-то другое.
Жива! — Дошло до меня. — Вот как ощущается, когда в тебе нет ни капли ее!
Тело было вычерпано досуха. И вот отсюда и эта жуткая пустота внутри, от которой страшно. Даже когда я изредка тратил почти всё, — это было именно «почти всё», — что-то во мне всё же оставалось, а тут…не осталось ничего.
Но выбора у меня не было: чтобы выключиться из сети пришлось пойти на такой шаг. И особенно ярко и сильно это воспринималось на контрасте, ведь минуту назад меня переполняли океаны энергии. Я чувствовал себя чуть ли не всемогущим, способным оперировать огромными потоками живы. Я вспомнил, как самонадеянно подумал там, в сети, что могу контролировать эту мощь. Сейчас, лежа в грязи у корней железного дуба, я мог только мысленно горько усмехнуться — вот он я, «всемогущий». Настолько слаб, что едва могу пошевелить пальцем.
— Как ты? — обеспокоенно спросил Грэм, наклоняясь ближе.
— Кха… выжил, — выдавил я с огромным трудом.
Старик осторожно подхватил меня под мышки и помог сесть, прислонив спиной к шершавому стволу дуба. В этот момент сверху, прямо мне на плечо, спикировал Седой. И даже этот небольшой вес мурлыка показался мне сейчас тяжестью каменного валуна. Я скосил взгляд на свои руки, потом на ноги. Они выглядели жутко истощенными. Кожа обтянула кости, а мышцы словно сдулись. Я выглядел так, будто непрерывно голодал несколько недель в пустыне.