Да, пожалуй именно в сравнении с ними, с Охотниками, я ощущал себя слабым. Конечно, моя сила в другом: через эликсиры, через растения и через Дар я знаю, что стану сильнее, но хотелось и простой банальной физической мощи. Пожалуй, это было примитивное чувство — мужское соперничество. Я уже, честно говоря, и забыл, когда испытывал что-то подобное — разве что в прошлой жизни, еще в юности и всё. Потом это казалось неважным, глупым, но в этом мире сила была мерой всего и это имело значение.

Сейчас моя основная сила — это Виа. Хищная лоза развивалась быстрее, чем я. Вчера я влил в неё девять единиц живы и она выросла, стала сильнее и опаснее. Её потенциал эволюции достиг пяти процентов, и если продолжать в том же темпе…

Я прикинул в уме: для полной эволюции нужно было около трехсот единиц живы (три моих полных резерва духовного корня), звучало вполне реализуемо. Конечно, скорее всего, с каждой новой эволюцией ей придется еще больше охотиться и искать ресурсы для роста, но с этим она точно справится.

Ладно, хватит самокопания.

Я поднялся, разминая затекшие мышцы. Подошел к корыту и осторожно ополоснулся холодной водой, стараясь не мочить закалённые участки. Вода обожгла разгорячённую кожу на солнце, но это было приятно и освежающе.

Мой Дар рос: вчера я снова до самой ночи тренировался на семенах и поднял управление живой на три процента, Дар подрос на один процент, ну а утренняя подпитка растений, которую я совершил затемно, до тренировки, дала еще по проценту Дару и навыку. Для меня это очень медленно, но, скорее всего, большинству Одаренных такие темпы роста и не снились.

Я продолжил выводить буквы на земле и отвлекся только когда скрипнула калитка.

Грэм вернулся с Кромки.

Я поднял глаза. Старик определенно выглядел лучше, чем вчера, и даже шел увереннее.

— Вижу, грамоте учишься, — хмыкнул он, садясь рядом на крыльцо.

— Давно пора. — вздохнул я.

— И как?

— Запоминается.

Грэм кивнул.

— Это хорошо. Травнику без грамоты никуда. Когда помру — не пропадешь.

— Дед… — начал было я.

— Я ж не сказал, что сейчас. — усмехнулся Грэм, — Но когда-нибудь все там будем. Рано или поздно ты останешься один.

Я отложил палочку и поднялся.

— Ты куда? — спросил Грэм.

— Сейчас, подожди.

Зайдя в дом, я взял с полки одну из бутылочек, которые сварил вчера вечером. Успел сделать две варки и приготовить восемь бутылочек отвара на продажу Морне. Теперь будет семь. Грэму нужно постоянно их пить — они хоть немного, но дают ему дополнительные силы. Вернувшись наружу, я протянул бутылочку Грэму:

— Вот. Тебе не помешает.