Одно растение. Второе. Третье.

Десятое.

Двадцатое.

Солнце медленно ползло по небу и нещадно палило и лицо и руки и спину. Рубаху я давно скинул.

Сороковое растение.

Я выпрямился, потирая поясницу. Руки были в земле по локоть, впрочем, колени тоже.

Но дело было сделано. Два ряда по двадцать растений в каждом теперь росли на правильном расстоянии друг от друга, с достаточным местом для корней и для воды.

Теперь нужно было подпитать их живой, чтобы быстрее прижились.

Я опустился на колени у начала первого ряда и прикоснулся к ближайшему кустику мяты. Закрыл глаза, использовал Дар и направил тонкую струйку живы внутрь.

Растение откликнулось почти мгновенно. Я почувствовал, как его корни жадно впитывают энергию, как она расходится по стеблю, по листьям…

Следующее растение. Следующее. И следующее.

Времени терять было нельзя. Начал бы раньше, уже бы смог готовить «улучшенные» зелья для Морны. Уж за эти она точно даст больше двадцати медяков.

Пройдясь Даром по каждому растению и поделившись с ними живой, я выпрямился и посмотрел на результат своей работы.

Три длинных грядки, очищенные от сорняков, и два ряда аккуратно пересаженных растений.

Неплохо, совсем неплохо.

— Вот она, — раздался голос Грэма, — самая настоящая тренировка. А не отжимания.

Я обернулся. Старик сидел на ступеньках крыльца, попивая что-то из кружки. Опять он как-то совсем неслышно вышел! Или я просто был слишком занят, чтобы замечать, что происходит вокруг?

Рядом со стариком важно расхаживал Шлёпа, Грэм кидал ему прямо в клюв семечки из мешочка и гусь ловил их с поразительной ловкостью. Хотя…что уж тут поразительного — я видел как он может поймать насекомое на лету, что ему брошенные семечки?

Я подошёл к Грэму и опустился на ступеньку рядом с ним, тяжело дыша. Дар тоже требовал концентрации. После этих сорока растений, он вырос на два процента, а управление живой еще на три. Неплохо, если продолжать каждый день, то со временем новый «ранг» или уровень способности будет. Вопрос только в том, что это будет значить?

— Устал, — признался я.

— И правильно. Хорошая усталость, когда от дела. На, — Грэм протянул мне кружку с чаем.

Я взял ее и сделал глоток — это было именно то, что нужно.

Мы сидели молча, глядя на сад. На плоды моей и Грэма, в том числе, работы (он же прополол не одну грядку) было приятно смотреть. По сравнению с тем садом, который я увидел в первый раз, это было небо и земля.

Шлёпа, тем временем, закончил клянчить угощение и уселся у ног Грэма.

Когда кружка опустела, я встал.

Я дошёл до бочки с водой, стоявшей у стены дома. Вымыл руки (пришлось тереть долго, земля въелась в кожу), потом ноги, а затем плеснул водой на лицо и шею, смывая пот и усталость.