По ходу, реально её «прижало»… Не удивлюсь, если до постели мы так и не доберёмся…

С Оксанкой, конечно, приятно говорить. Красивая и эрудированная женщина в наше время редкость. Почему-то, мне чаще всего (хоть и не всегда) попадались или донельзя умные дамы, которым не помешала бы косметичка, или безумно вёрткие горячие соски, которым не хватало интеллекта на что-то более требовательное к IQ, чем двойной заглот с тройным проглотом.

Смазнова попрала собою этот постулат. Косметичкой если и пользовалась, то лишь чтобы выгодно подчеркнуть особливо сильные стороны или скрыть какой-то временный дефект. В повседневной жизни и без тонны штукатурки заставляла встать в строевую стойку как мужчину, так и его инструмент. Но, вместе с этим, знала и понимала многое, отчего с ней приятно было общаться практически на любую тему.

— Ну, вот и о чём нам с тобой говорить⁈ Мы же разных полей ягоды! Вот ты! Читал Достоевского⁈

— Ну, читал.

— А я не читал! И о чём нам с тобой говорить⁈

Но приятно с Окси было не только общаться. Даже просто проводить время. Мне, как пользующемуся изрядной свободой в расходовании средств благодаря размерам выплат, не составляло труда выйти в любое людное место, случайным образом выбрать любую половозрелую девушку женского пола и всучить ей толстую пачку наличности. С вероятностью, ошеломительно близкой к ста процентам, оная девушка стала бы моей на неопределённое время без идиотских вопросов. Однако наличие Смазновой ставило под сомнение логическое обоснование этого манёвра. Найти кого-то, хоть немного схожую с Оксанкой по эрудированности и внешности, тяжело. Не невозможно, но непросто. Оттого и просто проводить с ней время приятно.

Но законы биологии никто не отменял. Если две разнополые особи остались в одном месте дольше, чем на несколько минут, а за бортом весна — гормоны возьмут своё так или иначе.

Они и взяли. Штурмом с наскока, мощнейшей бомбардировкой проломив оборону защитников, буквально сравняв с землёй их позиции, заняв господствующие высоты и перекрёстным огнём подавив ключевые точки сопротивления.

Начав нашу дуэтную оду любви, похоти и разврату ещё в душе, плавно переместились в мою комнату на диван.

Окси не такая громкая, как Алина. На пики удовольствия взбирались не так резко и часто, что выдавало в ней искушённую интимом женщину, но и вела себя тише. Хотя стоны прорывались из её горла столь же регулярно.

Будучи далеко не первоходом в общении с противоположным полом, я прекрасно знал, что являет собой дорвавшаяся до желанного изголодавшаяся по сексу партнёрша. Многие теряли связь с землёй и крышей так, что успокоить их можно было только жёстким коитусом, с силой вжав куда-нибудь в относительно твёрдую поверхность.