Действительный тайный советник первого класса Бериславская поклонилась главе рода.
— От всей души и всего сердца премного благодарны за гостеприимство, Властислав Иванович. Не извольте беспокоиться. Постараемся не обременять своим присутствием.
Оба светлейший князя с супругами удалились, оставив гостей в сопровождении наследниц Морозовых и их сближниц.
Оставив главных гостей, являющихся виновниками сегодняшнего торжества, возле ансамбля, светлейший князь Морозов с супругой уделили внимание на аудиенцию, запрошенную светлейший князем Бериславским.
Обе четы уединились в рабочем кабинете Властислава Ивановича, где не присутствовало иных ушей, кроме них. Подозревая, что дело может иметь негласный характер, Морозов осенил помещение заклятьем «Безмолвия», наглухо отсёкшим всяческих любопытных, даже, если б таковые и оказались.
Хоть аудиенцию истребовали Бериславские, но первым слово взял Морозов.
— Однако же, Святогор Тихомирович, — проронил он. — Умеешь же поражать. И твоя младшая дочь, и твой же гость… Прежде всего, дозволь же самым искренним и неподкупным светлым чувством возликовать за светлейшую княжну Злату. Ежели истинно написанное вами в письме, и младшую Бериславскую посетило исцеление… Мне не довелось знать вашу дочь лично. Но радуюсь за вас с ней, будто за свою собственную. Что же до вашего гостя…
Глава рода осёкся, стараясь дипломатично подобрать выражения.
— … признаться честно, ваш спутник изрядно нас потревожил. Исключительно в положительном ключе, к его части и достоинству. Но слишком уж непроглядной завесой мрака покрыта его личина. Держится крепко, да повадками статен. Вот только манерами не блещет да этикету не обучен. Уж не знал, кого в нём подозревать. Не то офицера, не то хорунжего. Но сегодняшний его поступок расставил все точки над «i». Я не знаю в своём окружении никого, кому хватило бы силы духа предстать пред незамужней девой с её сродниками, даря её дому хладное орудие с заповедями кодекса российского офицера. Вы не хуже меня помните значение этой древней, почти забытой традиции.
Оружие, как клинковое, так и стрелковое, издревле применялось как наивысший знак благодарности государевых служб за свершённые деяния. Переняв это, в среде повинных военной службе людей его дарение стало иметь тождественный смысл, но со временем обросло множеством сносок, пояснений, формулировок и контекстов.
В данном конкретном случае дар гостя, принимавшего участие в спасении наследницы рода, говорил о том, что и впредь его сила будет сопутствовать терпящим беды и невзгоды. Явка по первому зову — вот одна из причин, заставившая Морозова иначе взглянуть на Мастерова. Тот, кто своими повадками походит на офицера, чуть ли не прямым текстом обязался и впредь оказывать помощь союзникам, буде впредь такое потребуется.