Кэндис тут же с головой ушла в уничтожение десертов. Флэш пару раз подколола её на тему скорости поглощения и набора калорий, но затем и сама с энтузиазмом впилась зубами в сочный бургер. Петра снова начала рассказывать Генриетте какую-то забавную историю про школу, а я молча ел свой бургер, наслаждаясь спокойным временем в компании друзей.

Долго мы не засиделись – у всех были свои дела, тренировки и семейные обязанности, так что вскоре после сытного обеда наша дружная компания начала постепенно расползаться.

Флэш первой глянула на наручные часы – мой подарок на её день рождения – и недовольно поморщилась.

— Чёрт, мне домой пора. Если опять опоздаю, мать решит, что я специально избегаю семейного ужина.

— А ты не специально? — с невинным видом уточнил я.

— Хаммер, как можно? — фыркнула блондинка, закатывая глаза. — Просто сегодня приезжают родственники из Калифорнии, а у них такие мерзкие, избалованные дочурки, что цензурных слов нет… Придётся весь вечер их терпеть.

Кэндис, уже добившая второй десерт и жалобно посмотревшая на пустую тарелку, с сожалением вздохнула.

— Я тоже пойду. Я из-за работы стала меньше времени с родными проводить. Нужно мелким помочь с уроками – они давно просили.

Мы дружно вышли на залитую солнцем улицу. Флэш махнула нам рукой и потащила Кэндис в сторону ближайшей автобусной остановки.

— Паркер, — тоном, не терпящим возражений, сказала Озборн, когда её автомобиль затормозил у обочины. — Поехали со мной – довезу тебя домой.

Петра тут же растерялась, начав теребить лямку рюкзака.

— А? Нет, что ты, не надо, я сама могу на автобусе. Мне тут недалеко, и вообще я обычно…

— Я не спрашивала, умеешь ли ты добираться домой сама, — властно перебила Генриетта, скрестив руки на груди. — Я сказала: поехали со мной.

Петра открыла рот, закрыла его, словно рыбка, выброшенная на берег, и жалобно, с мольбой во взгляде, посмотрела на меня, чем вызвала у меня неконтролируемый приступ смеха.

— Не смотри на меня, Паркер, — я поднял руки в примирительном жесте, едва сдерживая улыбку. — С Озборнами спорить вредно для ментального здоровья. С Хаммерами, кстати, тоже, но мы хотя бы более миролюбивые.

Генриетта бросила на меня короткий взгляд, в котором смешались благодарность и явное желание оспорить моё утверждение о нашем миролюбии, но девушка сдержалась и просто открыла перед растерянной подругой заднюю дверь лимузина.

— Садись давай. До завтра, Зик.

— Ладно-ладно… — смущённо пробормотала Петра и всё-таки забралась на роскошное кожаное сиденье. — Пока, Зик! Спасибо за компанию!