Хмыкнув, я бросил рюкзак рядом с собой и уселся рядом со своей секретной девушкой, смотря что бы такого вкусненького здесь можно было скушать.

Эх, а ведь давненько я так не расслаблялся.

Пытаясь помочь Генриетте адаптироваться и забыть произошедшее в клубе, я, кажется, устроил сеанс психологической разгрузки ещё и самому себе, о чём совершенно не жалею.

Официантка в фирменном фартуке подошла через минуту и с улыбкой приняла наш заказ. Конг выбила свои законные два десерта и колу, Флэш заказала огромную порцию картошки, два бургера и диетическую колу – логика спортсменок непостижима, так что даже не спрашивайте меня об этом. Петра смущённо попросила зелёный чай и классический чизкейк, а Генриетта ограничилась чёрным кофе и лёгким салатом. Я же заказал бургер с двойной котлетой, картошку по-деревенски и чай со льдом.

После школы растущий и тренированный организм требовал топлива, и плевать, что полдня я тупо боролся со сном над партой! Школа, если вы не в курсе – это огромный стресс для любого подростка!

Пока мы ждали заказ, на подвесном телевизоре над барной стойкой закончилась реклама, и начался экстренный выпуск новостей. Ведущий с лицом кирпича рассказывал про очередной случай проявления «мутантских способностей» где-то на окраине Бруклина.

Судя по кадрам с камеры наружного наблюдения, какой-то перепуганный толстый подросток, чьи руки внезапно охватило пламя, случайно расплавил банкомат, после чего в панике шарахнул огнём по припаркованной машине. Та отлетела, раздался взрыв, вылетели стёкла соседних витрин, а парень, схватившись за голову, просто сбежал в подворотню, пока вокруг метались кричащие прохожие.

— Опять про мутантов, — Флэш скосила глаза на экран, поморщилась и фыркнула. — У нас и без них идиотов хватает, а эти в последнее время всё чаще хрень какую-то творят.

— Он вроде не специально, — тихо возразила Петра, поправляя съехавшие на нос очки. — Видно же, что он сам испугался.

— Паркер, люди много чего не специально делают, — резонно ответила спортсменка, подперев подбородок кулаком. — Но если ты «совершенно случайно» подорвёшь гранату посреди оживлённой улицы, тебя всё равно ждёт тюрьма.

— Это другое, — Петра нахмурилась, но голос повышать не стала. — Граната – это оружие. Любой дурак понимает, как она работает, а этот парень мог вообще не знать, что с ним происходит – мутанты не виноваты, что родились такими. Странно ненавидеть человека просто за то, что он отличается от тебя чем-то.

Флэш задумчиво покрутила пластиковую трубочку в стакане со льдом, посмотрела на Петру, затем снова на экран, где крутили повтор взрыва, и пожала плечами.