— Эй, — я аккуратно взял её за подбородок, заставляя посмотреть мне прямо в глаза, и нежно поцеловал в губы. — Я всё понимаю. Тайные отношения – значит тайные отношения, красавица – уж поиграть в шпиона ради такой умницы я в силах.

Генриетта смущённо пискнула что-то неразборчивое и поспешно уткнулась лицом мне в шею, пытаясь спрятать своё покрасневшее лицо.

Забавно, что в мире, где девочек с пелёнок учат быть сильными и независимыми, простая нежность почему-то действует куда сильнее, чем в моём прошлом. Причём не потому, что они «слабее» – скорее наоборот. А ведь в моём родном мире эти слова восприняли бы как должное или даже как какую-то глупость, а здесь обычная, сказанная в лоб фраза оказывает такой сильный эффект.

— Кстати, мы опаздываем, — ещё раз коротко поцеловав её, я нехотя выбрался из-под тёплого одеяла. — Ты ведь собираешься вернуться в школу? Ну так вот, если мы не хотим опоздать к первому уроку, то нужно вставать... Наш статус, конечно, прощает многое, но являться вместе к середине дня после твоего официального возвращения в страну – слишком уж палевно.

Генриетта обречённо застонала, зарываясь лицом в подушку, но уже через минуту натянула на себя мою свободную белую футболку, которая смотрелась на ней просто отлично, едва прикрывая бёдра.

Пока я проверял на раскладушке утренние сводки по Стрэндж и краткий отчёт от СБ по обстановке вокруг «Кровавого Рассвета» (там, ожидаемо, уже вовсю работала «чистилка» из купленных копов, списывая всё на разборки наркокартелей), девушка босиком прошлёпала на кухню.

— Зик! — донёсся оттуда её возмущённый голос. — У тебя в этом холостяцком притоне вообще есть нормальная еда? Хоть что-то кроме кофе?

— Можешь в холодильнике глянуть! А ещё верхний шкафчик слева от плиты! — крикнул я, не отрываясь от экрана. — Там моя заначка с закусками!

Послышался хлопок дверцы, шуршание пакетов, а затем наступила тишина, которая сменилась крайне красноречивым фырканьем.

В комнату вернулась Генриетта, брезгливо держа двумя пальцами ярко-жёлтую пачку дешёвых чипсов с яркой надписью «Экстра-Сыр».

— Хаммер, ты серьёзно? — она потрясла пачкой в воздухе. — Наследник многомиллиардной компании, человек, который ужинает в ресторанах с тремя звёздами Мишлен, держит у себя дома эту гадость? Они же на вкус как картон, посыпанный какой-то ядрёной химозной дрянью! Я попробовала одну, и у меня язык до сих пор щиплет!

Я посмотрел на пачку и тепло усмехнулся.

— Ничего ты не понимаешь в кулинарном искусстве, Колючка. Можешь сделать тосты, раз уж тебе не заходят «чипсы со вкусом химии».