Но, отбросив морализаторство, нельзя не отметить один факт: секс с Генриеттой был просто отвалом башки! Наверное, это лучший опыт за обе мои жизни и тут у меня возникает резонный вопрос к местному мироустройству: почему? Либо моё новое молодое тело обладает какой-то запредельной чувствительностью, либо это особенность самой Генриетты – мало ли как на её физиологию повлияла их родовая болячка (уж в Марвеле-то…)? А может, здесь вообще все девушки такие страстные и инициативные из-за местных укладов? В любом случае, жаловаться я точно не собирался.

Рядом завозились. Генриетта сладко потянулась, выгибаясь под простынёй, как довольная кошка, и сонно приоткрыла свои глаза.

— М-м-м… Доброе утро, Хаммер. — Девушка сдвинулась ближе, закидывая на меня ногу и устраивая подбородок на моей груди.

— Доброе, Колючка, — я мягко улыбнулся и провёл рукой по её растрёпанным иссиня-чёрным волосам. — Как спалось?

Она тихо фыркнула, потираясь носом о мою ключицу.

— Если не вспоминать про тот ужас в клубе… то ночь была просто потрясающей, — она слегка прикусила губу, и вдруг на её лице, обычно уверенном и дерзком, промелькнула тень неуверенности. — Слушай, Зик…

— М?

— Я хотела попросить тебя… — Генриетта отвела взгляд, вырисовывая указательным пальцем невидимые узоры на моей груди. — Давай пока сохраним это в тайне? Ну, то, что было между нами.

Я вопросительно приподнял бровь, хотя, в принципе, уже догадывался, куда дует ветер – мы ведь не простые подростки.

— Это связано с твоим отцом?

— В точку, — девушка тяжело вздохнула. — У нас с ним сейчас… всё очень сложно. Я на него вроде как дуюсь за то, что мне пришлось просидеть в этой чёртовой Германии почти три года, как в золотой клетке. Нет, я понимаю, что это было ради моего же блага, ради лечения и всё такое, но… это не отменяет того факта, что он вёл себя как сраный тиран! А ему, в свою очередь, категорически не нравится то, какая я «своевольная» и «свободолюбивая». Если отец узнает, что я только вернулась и сразу же закрутила роман с наследником его конкурента… Он либо запрет меня в башне Озкорп под круглосуточной охраной, либо попытается использовать нас с тобой в своих корпоративных играх, а я не хочу ни того, ни другого. — Она подняла на меня глаза, в которых читалась искренняя просьба, смешанная с лёгким страхом того, что я могу обидеться. Умная девочка, всё правильно понимает – смешивать наши семьи сейчас, когда у обоих патриархов проблемы (у одного смертельное демоническое проклятье, у другого – конкуренты и прогрессирующая генетическая болезнь), было бы верхом идиотизма.